Наша Олимпийская история. Стокгольм. 1912

Олимпиада в Рио. Пять лицензий было в кармане нашей сборной. И это хорошо, потому что до поры ясности не было даже не с численностью и классами, а с фактом: поедем ли? И ведь что характерно, ситуация такая для нас не нова: сначала бодрые прогнозы, потом ничего не готово, далее предстартовое шапкозакидательство, но после первой же неудачи – пепел на голову и обещание, что уж к следующей-то Олимпиаде все будет по-другому. Увы, проходят годы, замыкается порочный круг, и все по-новой, то есть все по-старому.

Олимпийская акватория Стокгольма. 1912 г. В день открытия Олимпиады все суда украсились флагамиНа пирсах Королевского шведского яхт-клубаЗалив Нюнесхамн. Июль. 1912 г.Яхта Александра Ивановича Вышнеградского «Галлия II»Гонки в разгаре- на зднаем плане российский «Норман»Репортеры и судейская коллегия на борту парохода «Сага». 21 июля 1912 г.

Текст Сергея Борисова

О том, что российские яхтсмены должны выступить на Олимпиаде в Стокгольме, говорили все, говорили несколько лет с упоением и похвальной горячностью. И тем не менее то, что яхты из России оказались на олимпийской акватории залива Нюнесхамн, можно отнести на счет счастливого стечения обстоятельств, настолько счастливого, что впору говорить о чуде. Потому что за считанные месяцы до Олимпиады у России не было ничего для участия в ней – ни яхт, ни экипажей, не было даже организации, которая послала бы на Олимпиаду суда и яхты, буде те неожиданно нашлись.

Обычное российское разгильдяйство? Да, не без этого, однако справедливости ради заметим, что схожие проблемы, пусть и не отягченные безднами русской души, были знакомы многим странам. И виноваты в этом были идейные вдохновители Олимпиады, то бишь месье Пьер де Фреди, барон де Кубертен, со товарищи. Поэтому, говоря об Олимпиаде в Стокгольме 1912 года, не обойтись без того, чтобы не вспомнить первую (в нашей эре, естественно) Олимпиаду в Афинах 1896 года. Исключительно в разрезе парусного спорта, естественно.

* * *

Начать с того, что господин барон даже помыслить не мог о том, что Олимпийские игры в их возрожденном виде обойдутся без парусов. Вот только выяснилось, что парусного спорта в том виде, в каком его понимали Кубертен с единомышленниками, не существует. Истинно так: яхты есть, соревнования проводятся, а спорта нет… и не предвидится. В смысле, олимпийского.

Действительно, если сбросить со счетов всякие-разные ялики, превеликое множество лодчонок с примитивными парусами, а вести речь о красавицах яхтах, то все здесь противоречило базовому олимпийскому принципу, то есть «любительству» и запрету на извлечение из занятий спортом финансовой выгоды. Владельцы яхт хорошо, когда от случая к случаю вставали к рулю, нередко они и в море не выходили, предпочитая сидеть в клубном ресторане и заключать пари на то, чья яхта окажется проворнее и быстрее. Но, даже восходя на борт, они обычно доверяли управление своей парусной собственностью наемному и хорошо оплачиваемому шкиперу, который в свою очередь нанимал команду, то есть профессионалов с коштом в виде оклада, формы и пропитания. А без этих профессионалов сколько-нибудь приличной яхте стоять у стенки и мечтать о ветре. Без выбора.

Выяснилось и другое: парусный спорт не имеет какой-либо международной организации, а значит, нет единых правил соревнований и классификации судов, а все попытки как-то их упорядочить разбиваются о нежелание американцев с их системой хоть в малом уступить европейцам, а высокомерных европейцев даже прислушаться к доводам выскочек-янки.

Тем не менее оставить Олимпиаду без парусов было грешно, поэтому было принято поистине соломоново решение – допустить к соревнованиям всех желающих, независимо от величины их яхт, без оглядки на то, есть ли профессионалы на борту, при этом медали не вручать, потому что не гонки это будут, а парад яхт, так сказать, показательные выступления.

Несмотря на столь лояльное отношение к правилам, вернее, на их отсутствие, разгорелся скандал, да не один – много. Владельцы яхт, а это были состоятельные люди, прибывшие в Грецию, чтобы стать свидетелями возрождения Олимпиады, требовали убрать с акватории «всякую мелочь», владельцы же «мелочи» не собирались оставить и пяди акватории. Примирить спорщиков, казалось, было невозможно, но что не получилось у людей, сделала природа: разыгрался шторм и парад был отменен.

Следующие четыре года свою волю Олимпийскому комитету диктовала Франция, хозяйка вторых Олимпийских игр. Парусный спорт здесь был достаточно популярен, любителей было не меньше профессионалов, также действовали правила обмера и классификации яхт. В итоге олимпийскую регату 1900 года разделили на две части: малые яхты соревновались в Мелане близ Парижа, и эти соревнования прошли практически незамеченными, а большие килевые яхты, представлявшие четыре наиболее популярных класса, гонялись в Гавре. Ответом на французский «диктат» тут стала более чем скромная конкуренция: всего стартовало 10 лодок, и ни один экипаж не остался без медали.

К началу третьей Олимпиады согласия насчет классификации яхт достигнуто так и не было, американцам продавить свои правила не удалось, и в американском Сент-Луисе парусный спорт представлен не был.

Лишь в 1907 году после долгих споров 13 европейских стран приняли так называемую «международную линейную формулу», которая определяла способ обмера корпуса и парусов, устанавливала минимальное водоизмещение яхт. Были утверждены 11 классов яхт и приняты международные правила гонок. Наконец, был создан IYRU – Международный союз парусных гонок – с резиденцией в Лондоне. Ну разумеется, в Лондоне, ведь здесь должна была пройти следующая Олимпиада.

Она состоялась в 1908 году и прошла, прямо скажем, не без шероховатостей. Программой предусматривались соревнования на яхтах с гоночным баллом 15, 12, 8, 7 и 6 метров, причем в каждом классе могли стартовать по два экипажа от одной страны. Всего в соревнованиях участвовали 13 экипажей из 6 стран. В классе 15mR не было заявлено ни одной яхты. В классе 7mR на старт вышло лишь одно английское судно, которому была присуждена золотая медаль. В классе 12mR должны были гоняться две английские яхты, но экипажи их недавно провели между собой гонки на заливе Клайд, и по результатам этих гонок жюри присудило им золотую и серебряную… олимпийские медали. Лишь в классах 8mR и 6mR м проводились настоящие гонки — стартовало по 5 яхт. В итоге хозяева завоевали 6 медалей из 9, и это вызывало столь бурные протесты, что англичане заявили о своем отказе от участия в следующей Олимпиаде. Странно, но их в этом бойкоте поддержала Германия, сославшись, впрочем, на уважительный предлог – на проведение в то же время Кильского парусного фестиваля. Не меньшее возмущение вызвало и такое решение организаторов Олимпиады – лишь рулевым яхт вручались медали согласно занятому месту, члены же экипажа награждались медалью более низкого достоинства. По сути, это было негласным признанием того, что экипажи яхт были сформированы из профессионалов, просто этого решили не замечать. Однако не указать «профи» на их истинное место и положение, англичане тоже не смогли и понизили «стоимость» медали. И как-то это было совсем не по-джентльменски…

* * *

В России внимательно следили за этими перипетиями и, что скрывать, находили их… вдохновляющими. Олимпиада без англичан и немцев? Это замечательно! Значит, будет выставлено меньше яхт, соответственно шансы на медали возрастают, да что там, они почти 100-процентные! Ну а что это будет за медаль, насколько она будет «полновесной», это, извините, другой вопрос, с этим потомки будут разбираться. И вообще, победителей не судят.

Короче, дело было за малым: найти яхты, набрать команды и создать организацию, полномочную отправить в Международный олимпийский комитет заявку на участие в соревнованиях тех и других. Однако к началу 1912 года радужные надежды сменились беспросветным унынием, потому что… ни лодок, ни людей, ни организации, ничего нет.

Пошли разговоры, что на худой конец надо прибегнуть к испытанному приему – командировать спортсменов от имени спортивных обществ. Именно таким образом на прошедших Олимпиадах появлялись российские атлеты, и даже фигурист Николай Панин стал олимпийским чемпионом, фактически представляя не Российскую империю, а Петербургское общество любителей бега на коньках.

Пессимистов хватало, но были и оптимисты, которые верили, что не все потеряно. Именно эти оптимисты лихорадочно создавали Российский парусный гоночный союз, и создавали не на пустом месте…

Первая попытка объединения яхтсменов и яхт-клубов состоялась в 1897 году, в дни 1-й Всероссийской выставки предметов любительского, промыслового и торгового судоходства, организованной Невским яхт-клубом. В рамках выставки прошел Первый съезд любителей яхтенного и водного спорта. Съезд постановил создать Соединенную гоночную комиссию для унификации гоночного календаря и выработки единых правил соревнований.

В 1905 году Соединенная гоночная комиссия была преобразована в Согласительную комиссию, и все чаще на ее заседаниях возникал вопрос о необходимости создания Российского союза яхт-клубов с соответствующими полномочиями и представительскими возможностями. Дело это, однако, оказалось непростым, поэтому продвигаться к нему решили небольшими шажками, и в 1910 году по инициативе Санкт-Петербургского парусного клуба был создан Санкт-Петербургский союз яхт-клубов. В том же 1910 году по инициативе уже Санкт-Петербургского речного яхт-клуба было проведено собрание представителей всероссийских союзов, спортивных клубов и кружков. Именно это собрание избрало Организационный комитет по подготовке сборной команды России к участию в Играх V Олимпиады в Стокгольме, который год спустя одобрил проект устава Российского парусного гоночного союза (РПГС), претендовавшего на то, чтобы стать полноправным членом Российского олимпийского комитета.

И все бы ничего, вот только устав Олимпийского комитета Российской империи тогда еще не был принят, а без устава руки у его главы Вячеслава Измайловича Срезневского были связаны: как принять, куда принять, если с формальной точки зрения и принимать-то некуда. Когда будет принят устав комитета, Срезневский не знал, ибо дело было сугубо политическое! А все Финляндия… Еще в 1907 году Великое Княжество Финлядское стало членом Международного олимпийского комитета. Между тем Финляндия была частью империи, и по идее Российский олимпийский комитет должен был представлять ее интересы. И вдруг такой афронт. На Национальный олимпийский комитет Финляндии пытались давить, его уговаривали, ему грозили, однако финны были непоколебимы в решимости выступать на Олимпийских играх отдельной командой. А время шло, его оставалось все меньше…

Только ли по этой причине, хотя скорее всего еще и в бюрократических препонах, но проект устава Российского парусного гоночного союза на долгие месяцы лег под сукно в одном из бесчисленных кабинетов Министерства внутренних дел. Лишь год спустя устав был утвержден, а 14 марта 1912 года подписан морским министром адмиралом Иваном Константиновичем Григоровичем.

Немедленно было созвано совещание представителей яхт-клубов, входивших в РПГС. На заседании было подтверждено, что Российский парусный гоночный союз принимает единые правила гонок и берет курс на развитие в России международных классов: А, 23mR, 19mR, 15mR, 12mR, 10mR, 9mR, 8mR, 7mR, 6mR. После этого был зачитан текст заявления о вступление в Международный парусный союз IYRU и поздравительная телеграмма Срезневского, в коей высказывалась уверенность, что утверждения другого устава – главного! – тоже ждать недолго. А Финляндия… что ж, придется обойтись без Финляндии. И действительно, устав Олимпийского комитета Российской империи был утвержден спустя два месяца, 17 мая 1912 года. Его почетным председателем стал барон Феофил Мейендорф, председателем – Вячеслав Срезневский. Первый – для «вывески», второй – заслужил.
 

* * *

Пока тянулась волокита с утверждением устава Российского парусного гоночного союза, его руководители занимались другими насущными вопросами – яхтами и яхтсменами. Проблемы эти были очень серьезными. А все шведы с их предложениями…

Королевский шведский яхт-клуб, коему была вменена почетная обязанность проведения олимпийских гонок, высказал их на встрече Международного олимпийского комитета в Будапеште 23 мая 1911 года. Место проведения – заливы Нюнесхамн и Сандхамн. В регате примут участие яхты четырех классов – 12mR, 10mR, 8mR, 6mR. Составы экипажей: 12mR – не более 10 человек, 10mR – 8, 8mR – 5, 6mR – 3. Принимать участие в Олимпийских играх по-прежнему могут только любители. В каждом классе страна-участница может выставить две яхты. Система зачета: одно первое место дает больше очков, чем два вторых, а одно второе — больше, чем два третьих; отсюда шкала: первое место – 7 очков, второе – 3, третье – 1 очко. Все яхты должны участвовать в двух гонках, в случае равенства очков назначается дополнительная гонка.

Самой серьезной, применительно к России, поначалу представлялось проблема комплектования экипажей. И тут у нас было как везде: владельцы яхт предпочитали наемные экипажи.

Можно было бы сделать ставку на молодежь, на студенчество, которое нередко компенсирует недостаток умения азартом и самоуверенностью. Увы, законы империи были против такого решения, ибо согласно им студенты не имели права быть членами клубов, в том числе с приставкой «яхт». Все, что им оставалось, это парусные кружки, а там ни подходящих лодок, ни опытных яхтсменов-наставников. Правда, студенческому парусному кружку, ютившемуся на Крестовском острове в Петербурге, удалось утвердить устав и стать яхт-клубом, но… элитарным. Членами клуба были отпрыски из состоятельных семей, и в своем снобизме эта юная поросль не отставала от старшего поколения.

Из кого же комплектовать экипажи? Получалось, что нет иного выхода, как из добровольцев, или, как их тогда называли, волонтеров. Это были те яхтсмены, что, не имея собственных судов, допускались в яхт-клубы без права членства, то есть вообще без каких бы то ни было прав. Да, они истинно были любителями, добровольно выполнявшими роль палубных матросов, вот только уровень их мастерства был настолько низок, что впору говорить, есть ли он вообще. Но что толку было сетовать, уж лучше такие, с позволения сказать, яхтсмены, чем вообще никаких.

Но что экипаж, даже самый лучший, без яхты? Между тем судов, которые можно было бы вывести на олимпийскую акваторию, в России почти не имелось. Во-первых, популярностью пользовались килевые яхты американского типа, заслон перед которыми поставили еще англичане перед Олимпиадой 1908 года, а во-вторых, далеко не всякий имеющий подходящую яхту владелец готов был отдать свою собственность в распоряжение непонятно какого экипажа, и возможность получить олимпийскую медаль с этой опаской сравниться не могла.

Первоначальное желание выступить полным «комплектом», то есть заявить по две яхты в каждом из классов, рассыпалось в прах. Возникли опасения, что придется вообще отказаться от участия в Олимпиаде. По счастью, нашлись люди, искренне любящие парус, да к тому же состоятельные, благородные и, что уж скрывать, честолюбивые, которые пошли на то, чтобы вложить собственные средства в это «предприятие».

Владелец крупной фирмы колониальных товаров, чья фамилия украшала десятки тысяч пачек чая «Кузмичев и сыновья», купил в Англии 8-метровую яхту «Норман».

Александр Иванович Вышнеградский, член Императорского речного клуба, глава Санкт-Петербургского международного коммерческого банка, приобрел во Франции 10-метровик «Галлия II».

Представитель знаменитого дворянского рода Герман фон Адлерберг купил яхту «Аванти» русской постройки, перекрестив ее в «Былину».

Известный предприниматель, член Санкт-Петербургского Императорского Речного яхт-клуба Леонид Александрович Нагорнов заказал норвежскому конструктору Йохану Aнкеру (создателю одной из самых известных ныне гоночных яхт – «Дракона») 10-метровую яхту «Тарпон II» с американским пустотелым рангоутом и английскими парусами.

И это все. Четыре яхты вместо восьми возможных должны были отстаивать честь России на Олимпиаде в Стокгольме. Скромно. Скудно. А стало еще скромнее, когда выяснилось, что спущенная на воду 7 июня яхта Нагорнова оказалась не записанной на гонки: в дальнейшем так и не удалось выяснить, почему, по чьей вине заявка, отправленная телеграфом за 23 дня до гонок, оказалась полученной после крайнего срока приема заявок – за 8 дней до гонки.

* * *

Ситуацию можно было смело расценивать как безрадостную, и тем не менее наши яхтсмены намеревались всех поставить на колени. Эта иррационость, очевидно, была следствием истерики, царившей на страницах российской прессы, да и в обществе в целом. Поднялась эта волна после того, как сборную Российской империи под свое монаршее покровительство взял государь Николай II, а великий князь Дмитрий Павлович подтвердил, что намерен участвовать в составе четверки российских кавалеристов в командном конкуре.

Большинство спортсменов сборной команды России, сопровождающие их официальные лица и репортеры прибыли в Стокгольм на пароходе, спортсмены же в Нюнесхамн и Сандхамн, понятно, своим ходом.

В то время Королевский шведский яхт-клуб был одним из старейших и крупнейших в мире, располагая 450 яхтами, экипажи которых горели желанием выйти на олимпийскую акваторию – не участвовать, так поглазеть. Пришло в Стокгольм и немало иностранных яхт – с той же целью. Впрочем, многие яхты, по разным причинам (прежде всего из-за «американского происхождения») оказавшиеся за рамками олимпийской регаты, собирались принять участие в международных гонках, и таковых было более 140 вымпелов, из них 10 российских.

Ровно в 8 часов утра 20 июля 1912 года над рейдом зазвучал колокол. Экипажи, сняв фуражки, выстроились на палубах яхт. С последним ударом колокола на судах стали подниматься флаги расцвечивания, государственные и кормовые флаги. Над палубой арендованного организаторами соревнований парохода «Сага» взлетели шляпы репортеров и затрепетали зонтики приглашенных дам. Члены судейского корпуса, находившиеся тут же, занимались более серьезным делом – готовились к старту. В этот момент раздался первый залп артиллерийского салюта. Так Швеция отмечала начало пятых Олимпийских игр.

В 11.00 при легком береговом ветре был дан старт для яхт R12. Яхты младших классов стартовали с интервалом в четверть часа.

В гонках в заливе Нюнесхамн участвовало 20 экипажей из Франции, Норвегии, Швеции и впервые – из Дании, Финляндии и России. Впервые в каждом из классов стартовало не менее трех яхт, а в 8- и 6-метровых – даже по 6. (Таким образом, по крайней мере одна медаль – в 10-метровом классе – России была обеспечена.)

Острая борьба завязалась в классе 10mR. На лавировке лучшей была шведская «Кити», а шедшая второй финская «Нина» у самого финиша едва не пропустила вперед «Галлию II».

В классе 8mR борьба на дистанции для российских яхт «Норман» и «Былина» закончилась плачевно – два последних места.

На следующий день, в воскресенье, 21 июля, среди 10-метровиков лидерство захватила «Галлия II», но вскоре ее обошла «Китти». Так они и финишировали.

Схватка 8-метровиков стала главным событием дня. Со старта «Норман» вырвался вперед, но потом растерял преимущество, скатившись на последнее место. Обогнув желтый буй и выйдя на финишную прямую, он вдруг поймал ветер и стал быстро догонять соперников. И вдруг лег на обратный курс! Как оказалось, при постановке спинакера за борт упал баковый (вот когда проявилось «любительство» россиян). Рулевой классически правильно и быстро, за три минуты, поднял человека на палубу, но призовое место было потеряно. «Норман» финишировал четвертым, а мог бы прийти первым.

В понедельник «Нина» и «Галлия II», имевшие по одному второму месту и одному третьему месту, выяснили, кому достанется бронза, а кому серебро. «Нина» выиграла.

Между тем устроители гонок разрешили Нагорному с его «Тарпоном II» участвовать вне конкурса в Международных гонках 20 и 21 июля. И «Тарпон» образа был первым, а ведь он мог бы стать первым и на олимпийской дистанции! В другом «дивизионе» первый приз получила российская яхта 9-метрового американского класса «Реванш», построенная по чертежам русского инженера Е.А. Куна.

* * *

Что и говорить, результаты Олимпийских игр у российских яхтсменов могли быть значительно лучше, так как у нас были отличные яхты, очень хорошие рулевые… подкачали матросы, но этого и следовало ожидать.

С другой стороны, всего три яхты – и сразу медаль, пусть бронзовая, пусть не самый высшей «пробы». Но на фоне катастрофического провала всей сборной во главе с князем Дмитрием Павловичем (в неофициальном командном зачете России заняла лишь предпоследнее 15-е место) яхтсмены выглядели очень и очень. Не стыдно. Да, и кстати, Финляндия на играх в Стокгольме завоевала три медали – два серебра и бронзу, а выступала она, между прочим, под флагом России! Так что… Хотя к делу это не слишком относится.

Итоги Олимпиады были подведены на специальном собрании в Российском гоночном парусном союзе. Но говорили больше о будущем – об Олимпиаде 1916 года. Постановили, что яхтсмены из России должны выступать во всех классах яхт, сколько ни заявят организаторы Игр, и максимальным числом, сколько будет дозволено – две яхты от страны, так две. Особо подчеркивалось, что яхтсмены и сопровождающие их лица должны меньше оглядываться на принцип «главное – не победа, а участие». Сначала англичане, а теперь и шведы показали, что им можно и пренебречь. Лучшие места у пирса они оставляли своим яхтам. Все спорные моменты в гонках разрешались в их пользу. Местные парусные мастера и плотники вдруг все оказывались заняты, когда соперникам шведов требовался срочный ремонт. Французские спортсмены в связи с этим не раз подавали протесты, а наши спортсмены из ложно понимаемого благородства оставляли подобное без внимания. Зря!

Планам Российского парусного гоночного союза сбыться не довелось. Началась война, завершившаяся не победой и не поражением – революцией. Большевики, прощаясь со старым миром, упразднили и РПГС, и Российский олимпийский комитет. Лишь апреле 1951 года был создан Национальный олимпийский комитет СССР. 7 мая 1951 года 45-я сессия МОК вынесла решение о признании Олимпийского комитета СССР как общественной организации, представляющей советский спорт в международном Олимпийском движении. В том числе, разумеется, и спорт парусный. Оставался всего лишь год до Олимпиады в Хельсинки.

И это – продолжение истории, хотя в чем-то – ее повторение.

V Олимпийские Игры: Стокгольм, Швеция, 5 мая – 27 мая 1912 г.

Страны-участницы – 27, спортсмены – 2409, виды спорта – 16

Россия: виды спорта – 14, спортсмены – 159. Медальный зачет: золото – 0, серебро – 2, бронза - 3

Парусный спорт - четыре класса: «6mR», «8mR», «10mR», «12mR».

«10mR» - «Галлия II» БРОНЗА
Иосиф Шомакер, Эспер Белосельский-Белозерский, Эрнест Браше, Карл Линдхолм, Александр Родионов, Николай Пушницкий, Филип Штраух

«8mR» - «Норман» (4)
Венцеслав Кузьмичев, Евгений Кун, Павел Павлов, Виктор Марков, Евгений Ломач

«6mR» - «Былина» (5)
Герман фон Адлерберг, Йохан Фарбер, Владимир Елевич, Владимир Лурасов, Николай Подгорный

Продолжение следует

Опубликовано в Yacht Russia №5 (85), 2016 г.

Популярное
Oyster. Подъем с глубины

Всякое время и всякое дело имеют свои символы. Нередко в качестве вечных символов называются архитектурные сооружения: Кремль, египетские пирамиды, Тауэр, Биг Бен. Часто в качестве понятных знаковых вещей упоминаются некоторые бренды, символизирующие те или иные качества товара и обладающие очень высокой – а порой и вовсе «незыблемой»! – репутацией высококлассных изготовителей. Например, автомобили Bentley. До недавнего времени к таким незыблемым брендам относилась и британская компания Oyster Yachts, яхты которой считались образцом качества, надежности и долговечности. Однако все изменилось…

Неоконченная кругосветка Сергея Жукова

Сергей Жуков в одиночку дошел до Австралии на собственноручно построенной яхте... и там потерял ее. Но главное - остался жив и не расстался с мечтой о кругосветном путешествии

Борода - краса и гордость моряка

Издавна считается, что борода моряка - символ мужской силы, отваги, воли, мудрости, гордости. Особенно если эта борода шкиперская, фирменная.

Гром и молния!

В гавани, на якоре или в открытом море – в любом случае встреча с грозой для яхтсмена является сильным переживанием. Неготовность к этой встрече только усиливает негативные эмоции. 

Дауншифтинг под парусом, или В плену стереотипов

Бытует мнение… И пусть оно ошибочное, оно все равно бытует. Путешествовать на яхте могут себе позволить только миллионеры. Купить яхту это безумно дорого, а уж жить такой жизнью это вообще только олигархам доступно.

Уходим завтра в море – экзамен для яхты

Вопрос о том, как правильно принимать яхту у чартерной компании, является далеко не праздным. Ибо от правильной приемки зависит не только пресловутое «попадание на депозит» при сдаче судна, но и (в случае какой-либо серьезной поломки) благополучие и здоровье всего экипажа. Поэтому мы в преддверии сезона сочли нелишним еще раз напомнить яхтсменам (особенно новичкам) о том, как надо правильно проводить приемку яхты.

Детский вопрос дальнего плавания

У вас маленький ребенок. Разве это причина, чтобы отказываться от яхтинга?

На якорь – без стресса!

Поскольку спокойный отдых на якорной стоянке относится к важнейшим вещам во время плавания под парусами, то мы попытались систематизировать все ключевые моменты, касающиеся постановки на якорь. К тому же, у каждой лодки свои особенности выполнения маневров постановки на якорь…

Победа над солнцем

Море и солнце – серьезное испытание для кожи и волос. Вся надежда - на современную косметологию...

Травмы на борту: растяжения, ушибы, вывихи, занозы, порезы

На яхте есть много возможностей получить травму. Поэтому умение оказать первую помощь - насущная необходимость!