Крапивины и «Каравелла»
Владислав Крапивин 2 июля 1961 года 22-летним выпускником журфака УрГУ в компании нескольких свердловских ребят сделал первую запись в вахтенном журнале придуманного корабля «Бандерилья». С этого дня ведется отсчет жизни организации, ныне известной как отряд «Каравелла». Мы поговорили с классиком детской литературы... 
Командор "Каравеллы" Так было...Флаг и флюгерЯхты своими рукамиБарабанщики!Перед выходом на водуНа водеВпереди, разумеется, "Слава"По-прежнему у руляВладислав и Лариса КрапивиныДарья Крапивина

Беседовал Сергей Борисов

14 октября 2017 года Владиславу Крапивину исполнилось 79 лет. Писателю, который… Ну, вы помните, «Мальчик со шпагой», «Колыбельная для брата», «Валькины паруса», «Трое с площади Карронад», конечно, помните. Это книги из нашего детства – эти, и еще десятки крапивинских повестей, фантастических и будтовыхваченных из жизни, воспитывавших без назидания, тех книг, что мы прятали под подушку и передавали из рук в руки. А еще Крапивин создал отряд «Каравелла», где строили яхты и ходили под парусами, где фехтовали и дружили так, как только можно и нужно дружить. И как же нам, сотням тысяч… и это не преувеличение!.. сотням тысяч советских мальчишек было горько и обидно, что в наших городах и поселках нет такой «Каравеллы»! Нет такого командора, которого можно называть просто Слава и на ты. С этой горечью мы вступали в отрочество, отзвуки ее таились в мечтах юных, щемящее эхо порой тревожит и сейчас. Вот были же книги, думаем мы, были герои, были мальчишки. А сейчас… А что сейчас? Кому нужны души прекрасные порывы? На что сейчас надеяться?

– Я надеюсь как раз на современных детей. Они мне кажутся лучше, добрее, умнее, смелее современных взрослых. Они шире смотрят на мир и видят радость бытия не только в обладании иномарками или новейшими смартфонами.

Так ответил нам Владислав Крапивин. Это он, страшно представить, сколько лет назад, 2 июля 1961 года 22-летним выпускником журфака УрГУ в компании нескольких свердловских ребят сделал первую запись в вахтенном журнале придуманного корабля «Бандерилья». С этого дня ведется отсчет жизни организации, ныне известной как отряд «Каравелла» имени Аркадия Гайдара.

Нам так о многом хотелось спросить Владислава Петровича, что мы даже растерялись, ведь легенда, живой классик, с чего начать? А почетный командор терпеливо ждал наших вопросов, наверняка все отлично понимая. И большое спасибо командору молодому – сегодня она во главе «Каравеллы», Ларисе Александровне Крапивиной, она выручила. Сама журналист со стажем, не могла не подставить плечо.

– Давайте начнем со статистики, – сказала она. – Ведь вас наверняка интересует, сколько ребят прошли школу «Каравеллы».

YR: Да-да, и сколько их сейчас?

Лариса Крапивина: Что ж, давайте по порядку. Готовясь к 55-летнему юбилею, который прошел в 2016 году, мы занялись подсчетами, благо что есть списки по годам, все имена сохранились. Так вот получилось, что через разные программы отряда прошло больше 20000 человек. Это жецелая армия! А сейчас в основном составе флотилии у нас около 200 ребят, еще есть волонтерский отряд студентов и старшеклассников.

YR: Флотилия… А что у вас за флот?

Лариса Крапивина: У нас 36 лодок, самых разных. И это предмет нашей гордости, потому что благодаря разнообразию и такому количеству судов мы одновременно можем выпускать на воду под парусамибольше 150 ребят. Экипажи все разновозрастные – от 7 до 18 лет, а вот взрослых нет, взрослые на берегу и на катерах, на них обеспечение безопасности, медицинское «сопровождение», своя роль у инструкторов по парусному спорту. Что же касается лодок, то они делятся на две группы – на те, что мы построили сами, и яхты известных спортивных классов. Это 15 «Штурманов», три двухмачтовика, «Кадеты», «Лучи», «Летучие голландцы», есть и крейсерские яхты… А еще у нас есть легендарная маленькая «Мева». Ей больше 45 лет. С таких лодочек когда-то начинался наш флот. Недавно сшили ей новый комплект парусов, а в остальном она в прекрасном состоянии, и ребята ее очень любят.

YR: Нельзя купить – построй сам! У вас так было?

Лариса Крапивина: Именно. В 1960-е годыпростому гражданинуприобрести яхту было почти невозможно. Это разрешалось только яхт-клубам. А мы были отрядом, детской общественной организацией. И все-таки мы ухитрялись покупать, и в основном, конечно, на деньги Владислава Петровича. Но пришло время, когда стало понятно: надо строить самим. Нашли чертежи, начали с «Кадетов». Потом перешли на более серьезные яхты, двухмачтовые, которые хорошо подходили для дальних плаваний, путешествий и обкатки младших. А в начале 80-х появился проект гоночной лодки «Штурман». Этот проект разработал наш командор. В 1981 году всего за месяц построили пробный экземпляр, название ему дали «Экватор». Оценив его возможности и преимущества, заложили и построили за зиму сразу восемь яхт. Так началась эра «Штурманов».

YR: Владислав Петрович, эскиз – понятно. А кто делал плазовую разметку, чертежи? И сохранились ли эти чертежи?

Владислав Крапивин: Я все делал сам. И чертежи, конечно, сохранились, они находятся в мастерской «Каравеллы». Это фирменный тип судна, особый класс. И мы очень довольны тем, что в течение почти 40 лет благодаря «Штурманам» смогли приобщить к радости парусных плаваний сотни ребят.

YR: Приступая к проектированию, чем вы руководствовались, что ставили во главу угла?

Владислав Крапивин: Важно было все – ивнешний романтический облик, максимальная «вместимость», и простота изготовления, но прежде всего – обеспечение безопасности, ведь речь шла о детях.

YR: Сейчас воды Верх-Исетского пруда, родного вам, бороздит мини-тонник «Слава». Это, часом…

Лариса Крапивина: Это наша яхта с вполне говорящим и понятным именем. Все поколения каравелльцев знают, в честь кого она названа.

YR: А не тесно ли вам на Верх-Исетском пруду? Ведь там парусов хватает, регаты проводятся различных уровней, как разбираетесь, где чья вода?

Лариса Крапивина: Когда «Каравелла» выходит на воду, кажется, что все пространство от берега до берега заполнено парусами. Мы смеемся, говорим: «Вот она, наша Венеция!» Но нам не тесно, и не только потому, что мы строго следуем правилам МППСС. Когда идут гонки у других яхт-клубов, то это всегда видно, опять же есть календарь соревнований, тогда мы стараемся обходить гоночную зону подальше, чтобы не мешать людям. Тем более что «хорошая морская практика» призывает к взаимной вежливости на воде, а для нас это даже не призыв – закон.

YR: Далеко за пределами города и области известен яхт-клуб «Коматек», там и чемпионы мира имеются в матч-рейсе. А как эти «серьезные яхтсмены» относятся к «Каравелле»?

Лариса Крапивина: Хорошо относятся. Мы большие друзья с коматековцами и с руководителем нашей Федерации парусного спорта Юрием Крюченковым. Вместе организуем некоторые регаты, например, «Паруса России» и «Кубок Екатеринбурга», где участвуют многие наши ребята.

YR: Владислав Петрович, ваши сыновья и внуки часто побеждали в парусных гонках и, конечно, были счастливы. Но вопрос о тех, кто стал вторым, кто проиграл… Как научить радоваться успехам других?

Владислав Крапивин: В «Каравелле» мы учим ребят быть настоящими товарищами по отношению друг к другу. Именно ощущение товарищества позволяет радоваться не только за себя, но и за своих друзей. Что касается соревнований… Спорт есть спорт. Главное – не делать победу самоцелью, а неудачи не возводить в крайнюю степень трагедии. Есть же всем известный олимпийский принцип, что главное не победа, а участие.

YR: А вообще, нет ли в самой основе спорта, в том числе парусного – в принципе соревновательности, в разделения по местам и рейтингам, – некоей ловушки, опасной для многих, особенно в юном возрасте?

Владислав Крапивин: Не надо внушать победителю, что онзвезда. Вообще тут многое зависит от тренеров, педагогов. Надо, чтобы они правильно объясняли ребятам все эти вопросы. Хорошая скорость яхты, свист ветра в такелаже – это уже награда. Та самая морская поэзия и романтика, о которой так много написано.

YR: На несколько лет вы уезжали из Екатеринбурга в Тюмень, на родину. И вернулись, чтобы поселиться поближе к воде, к «Каравелле», чтобы смотреть с балкона в подзорную трубу на акваторию Верх-Исетского пруда, любоваться каравелльцами. А еще мечтали, когда захочется, самому пройтись на яхте…

Владислав Крапивин: Так все и вышло – смотрю с балкона. А выйти на яхте, когда захочется… Это дело не хитрое, эту мечту я могу в любой момент превратить в реальность – приехать на базу «Каравеллы», где стоят яхты, и пойти с ребятами на любой из них.

YR: Кстати, о базе… Именно база ДОСААФ на Малом Конном полуострове – ваша основная парусная площадка. Но ведь ДОСААФ нынче уже не тот, что прежде, не те возможности, неужели рейдеры не покушались на столь лакомый кусок?

Лариса Крапивина: В нашем ДОСААФе тоже работают очень достойные, сильные, смелые мужчины, для которых «защита интересов женщин и детей» – это не пустые слова. А вообще, то, что мы пережили в лихие 90-е,даже вспоминать не хочется. Были попытки отобрать у нас базу, и не раз, но, по счастью,наши выпускники идут не только в моряки, но и в ОМОН, и в журналистику.

Владислав Крапивин: Мы никогда не готовили целенаправленноморяков. Среди каравелльцевесть режиссеры, инженеры, врачи, кораблестроители… Но кем бы они ни были, я знаю точно, что детство навсегда в их душе – и паруса. Как и в наших душах.

Лариса Крапивина: Во всех СМИ города работают наши ребята, и это очень помогает. Когда по агентствам проходит информация, что в «Каравелле» какое-то событие, то, как правило, от семи до десяти СМИ всех уровней сразу же приезжают.

YR: Понятно, такое воспитание. Правильное. Насколько нам известно, в «Каравелле» под запретом клички, вульгаризмы, сленг…

Лариса Крапивина: Мы максимально вычищаем наше воспитательное пространство. И это очень нравится родителям, да и самим детям.  Наш отряд – альтернатива современным школьным сообществам, где подчас в порядке вещей нецензурная лексика. У нас все по-другому.

YR: Да, устав, дисциплина. Не рамки ли это, слишком тесные для кого-то из ребят?

Владислав Крапивин: Если кому-то тесно, пусть идет в кружок кройки и шитья или заниматься футболом, бегать по полю за мячиком.

YR: То, что ваши внуки Дарья и Петр связали свою жизнь с «Каравеллой», это тоже был исключительно их выбор?

Владислав Крапивин: Разумеется, «Каравелла» абсолютно добровольная организация. Если человек не хочет заниматься, никто его не заставит.

YR: А насколько важна в жизни «Каравеллы» внешняя сторона: форма, береты, линейки, построения, те же ранги, эмблемы и нашивки как результат не столько возрастного, сколько карьерного внутриотрядового роста?

Владислав Крапивин: Никакого карьеризма в эмблемах и нашивках нет. Это дань флотской традиции. Морская форма существует во всех странах с давних времен. Она предмет гордости и свидетельство принадлежности человека к сообществу людей, живущих морем. А без построений и строя не будет порядка. А без дисциплины на флоте, где повышенная степень риска, невозможно. Там не игрушки. Там все всерьез.

Лариса Крапивина: Я сама выросла в отряде и знаю, насколько все это важно. И субординация, и устав. И форма для нас не уравниловка и обезличивание детей, это возможность снять сословные и финансовые различия. Благодаря форме вы не отличите, где сын высокопоставленного чиновника, где дочь суперпреуспевающего бизнесмена, а где ребенок, которого мама воспитывает одна. В «Каравелле» ты можешь дружить с тем, кого ты выбрал сам, а не с тем, кого определили тебе родители. Мы никого к «Каравелле» цепями, как на галерах, не приковываем. Но детине уходят. А знаете, почему? Потому что в отряде главное не яхтинг, не журналистика, не театральное направление и не фехтование. Главное – это понимание, что на самом деле ты абсолютно свободен в выборе: подчиняться или нет в иерархии должностей и званий, заниматься или нет по учебным программам, помогать другим людям или нет. А следом приходит радость от осознания, что ты не один, что рядом с тобой ребята, которые и видят, и чувствуют, и переживают, в общем, живут. И вот тебе уже хочется быть с ними, потому что они искренние, настоящие.

YR: От теории – к практике. Обучение матросов в «Каравелле» происходит… как? С умения вязать узлы, со знания такелажа, рангоута – и только потом на борт? Или с точностью до наоборот: сначала в лодку, чтобы брызги на щеках и ветер в волосах, чтобы влюбить в паруса на чувственном уровне, а уже потом все остальное?

Лариса Крапивина: Есть ребята, которые приходят осенью, и тогда они сначала изучают устройство корпуса, рангоут, паруса, такелаж, правила безопасности и гоночные правила, флажный семафор, историю флота и т.д. А есть дети, и это обычно младшие братья-сестры наших воспитанников, которых приводят родители и просят сразу взять на практику. Но берем мы этих детей при одном непременном условии – они должны принимать участие в ремонтных работах и подготовке лодки. Они должнынаучиться работать стамеской, дрелью, шуруповертом. Они будет клеить, шкурить, красить, лакировать. Только так они по-настоящему почувствуют и свою яхту, и свой экипаж. Такие у нас правила.

YR: Правила подразумевают дисциплину, дисциплина – подчинение, а подчиняться порой так тяжело.

Лариса Крапивина: Когда человек, сколько бы лет ему ни было, понимает обоснованность предъявляемых ему требований, то совершенно спокойно подчиняется.

YR: И вы, командор флотилии?

Лариса Крапивина: В этом уникальность нашей воспитательной системы, она учит подчинять свои амбиции и эго коллективной задаче. И я готова подчиняться тем, кто берет на себя ответственность, кто более компетентен. Многое нам неизвестно, так чего дуть щеки, надо работать и не бояться идти в матросы на каждом новом уровне своего развития.

YR: Как яхтсменка открытого моря куда ходили?

Лариса Крапивина: Люблю Черное море, хотя и Балтийское, и Средиземное тоже. Еще нравятся наши дальневосточные рубежи. И все же особенно близки мне крымские яхт-клубы в Артеке, Севастополе, Ялте, Керчи. Там немало друзей. Знаете, как говорят, «в морях наши дороги, но магнитит все равно земля и люди». Турция, Черногория, Болгария… там тоже хорошо. Атлантика, там сдавала экзамены на шкипера, мне показалась суровой и непредсказуемой, хотя остров Ла-Гомера, с которого стартовал Христофор Колумб, один из самых моих любимых.

YR: Владислав Петрович, а вы? Все мальчишки мечтают о дальних странах, островах, пальмах, встречах с аборигенами (обязательно приветливыми) и, даже став мужчинами, продолжают мечтать. А вам не хотелось собраться, да и махнуть через моря-океаны? С начала 1990-х для того появились все возможности.

Владислав Крапивин: Хотелось, конечно, и не раз. Но все как-то не было времени. Пришлось бы выбирать: или тропические острова, или собственная флотилия. А кроме того, надо было еще и книжки писать, деньги зарабатывать, семью кормить. Да и «Каравеллу» поддерживать на плаву. За работу в отряде мне не платили.

YR: А Севастополь? У вас целый цикл повестей о Севастополе. Вы так любите этот город у моря. А почему вы не поселились там?

Владислав Крапивин: Севастополь мною любим, я написал с десяток книг. А почему не поселился у теплого моря… Потому что у меня была родная Тюмень, потому что был город юности Свердловск, была «Каравелла» – часть моей жизни. И еще, для меня жизнь у моря – это не лежание на пляже и любование бескрайними синими просторами, а такая же работа, которой я занят и сейчас. Когда я проектировал яхты и писал книжки о кораблях, то очень хорошо ощущал, что живу у моря.

YR: Вы с детства увлекались книжками про море.И как-то сказали, что человек часто увлекается тем, чего ему не хватает в жизни, что много позже решили воссоздать во взрослой реальности то, чего были лишены в юные годы. А сейчас есть книги, способные влюбить в море и в паруса? И есть ли среди этих книг ваши?

Владислав Крапивин: Такие книги есть, они никуда не делись, и Жюль Верн, и Станюкович, и Сабатини, и Купер. А какое место среди таких книг занимают мои сочинения – судить не мне. Это пусть решают читатели и литературоведы. Но многие знакомые моряки не раз благодарили меня за мои книжки. И я этим горжусь.

YR: Дружба, взаимовыручка, сострадание. Вы писали об этом в своих книгах, это базовые принципы. Но они же подразумевают наличие коллектива. Но есть не только взрослые, но и дети-индивидуалисты, при этом они не плохие, не злые, простоим никто не нужен рядом. Наверное, из таких детей вырастают яхтсмены-одиночки. Сводила ли вас жизнь с такими детьми и не было ли желания написать книгу о таком ребенке?

Владислав Крапивин: Нет, такого желания не было. Я всегда писал о ребятах, которые привыкли жить в дружбе с другими людьми, для которых чувство товарищества одно из главных. А яхтсмены-одиночки – люди с особым складом характера. Но в книгах эта тема не для меня. Но должен заметить, что если даже человек идет под парусом в дальние страны один на судне, то это совершенно не значит, что он испытывает одиночество. В душе он помнит о тех людях, которые помогали ему организовать экспедицию, кто помнит о нем, беспокоится, волнуется, ждет его радиосигналов. То есть на самом деле он совсем и не одинок, не покинут и не брошен.

YR: А как вы относитесь к тому, что русские олигархи взялись покупать за рубежом парусные яхты – одна другой длиннее, роскошнее и дороже. Хотя это и лучше, чем бриллианты для своих жен, но все же?

Владислав Крапивин: Хорошо, что покупают, если деньги есть. Но я бы на их месте лучше помог бы какому-нибудь детскому яхт-клубу, который гнобят или уничтожают местные чиновники.

YR: Дай Бог, чтобы«Каравеллу» подобная участь миновала. А что для вас «Каравелла», Лариса Александровна, призвание, образ жизни, философия?

Лариса Крапивина: Здесь моя душа.

YR: Владислав Петрович, как-то вы сказали, что,на ваш взгляд, дети сейчас хотят, чтобы их оставили в покое, перестали их поучать, насильно чему-то учить. Но как научить их радоваться жизни, если столь многое в ней совсем не радует?

Владислав Крапивин: Ответ простой. Пусть больше читают хороших книжек.

Владислав Петрович Крапивин
Командор отряда «Каравелла». Родился 14 октября 1938 года, г. Тюмень. Закончил факультет журналистики Уральского государственного университета. В 1960 году был опубликован первый рассказ Крапивина. В 1962 году вышла его первая книга. Всего выпущено более 500 изданий книг Крапивина на разных языках мира. Полное собрание сочинений включает больше 50 томов. Лауреат многих литературных премий. В 1961 году Владислав Крапивин создал в Свердловске детский отряд «Каравелла», в структуре которого с 1968 года начал развивать детскую парусную флотилию. 14 ноября 2016 года Международный астрономический союз утвердил имя астероида 407243 – KRAPIVIN.

Лариса Александровна Крапивина
Командор отряда «Каравелла». Почетный работник сферы молодежной политики РФ, кандидат педагогических наук, член Союза журналистов России, командир шлюпки, рулевой маломерных парусно-моторных судов до 60 кв. м, международная квалификация DaySkipper. Руководитель всероссийских сборов детско-молодежных общественных объединений «Оранжевое лето», «Юный моряк», «Авангард Урала» и др. Докторант Тюменского государственного университета.Автор более 150 работ, посвященных научным исследованиям социального развития личности подростков в разновозрастных группах.

Фото из архивов В. Крапивина и Л. Крапивиной

Опубликовано в Yacht Russia №1-2 (104), 2018 г.

Популярное
Oyster. Подъем с глубины

Всякое время и всякое дело имеют свои символы. Нередко в качестве вечных символов называются архитектурные сооружения: Кремль, египетские пирамиды, Тауэр, Биг Бен. Часто в качестве понятных знаковых вещей упоминаются некоторые бренды, символизирующие те или иные качества товара и обладающие очень высокой – а порой и вовсе «незыблемой»! – репутацией высококлассных изготовителей. Например, автомобили Bentley. До недавнего времени к таким незыблемым брендам относилась и британская компания Oyster Yachts, яхты которой считались образцом качества, надежности и долговечности. Однако все изменилось…

Идеальная яхта для дальнего плавания

Если вы запланировали круизную прогулку на яхте, то, скорее всего, уже решили, через какие именно экзотические места будет пролегать ваш маршрут. Однако подобрать судно для путешествия не так-то просто. Наши эксперты знают, на что нужно обращать внимание при выборе подходящей яхты

Мотылек с острова Дьявола
Он был преступником. Арестантом. Заключенным. И бежал снова и снова. Его ловили, а он опять бежал. Потому что... Жить, жить, жить! Каждый раз, находясь на грани отчаяния, Анри Шарьер повторял: «Пока есть жизнь, есть надежда».
Неоконченная кругосветка Сергея Жукова

Сергей Жуков в одиночку дошел до Австралии на собственноручно построенной яхте... и там потерял ее. Но главное - остался жив и не расстался с мечтой о кругосветном путешествии

Борода - краса и гордость моряка

Издавна считается, что борода моряка - символ мужской силы, отваги, воли, мудрости, гордости. Особенно если эта борода шкиперская, фирменная.

Дауншифтинг под парусом, или В плену стереотипов

Бытует мнение… И пусть оно ошибочное, оно все равно бытует. Путешествовать на яхте могут себе позволить только миллионеры. Купить яхту это безумно дорого, а уж жить такой жизнью это вообще только олигархам доступно.

Жизнь на яхте

Все чаще мы узнаем о том, что кто-то из сограждан, устав от жизни на берегу, бросил налаженный быт, приобрел яхту и отправился в море, выбрав себе (а, порой, и семье) судьбу морского скитальца. Что это – форма эмиграции, эскапизм, здоровый авантюризм или своего рода впадение в детство, когда игра в кораблики важнее реальных проблем? Ради чего люди разрывают привычные стереотипы?

Гром и молния!

В гавани, на якоре или в открытом море – в любом случае встреча с грозой для яхтсмена является сильным переживанием. Неготовность к этой встрече только усиливает негативные эмоции. 

Дональд Кроухерст: лестница вниз

Его называют мошенником чаще, чем героем. Его судьба неразрывно связана с первой безостановочной кругосветной гонкой 19068-1969 годов. Он пропал в океане...

На якорь – без стресса!

Поскольку спокойный отдых на якорной стоянке относится к важнейшим вещам во время плавания под парусами, то мы попытались систематизировать все ключевые моменты, касающиеся постановки на якорь. К тому же, у каждой лодки свои особенности выполнения маневров постановки на якорь…