300 лет
Осиротевшая в океане
Материал был убойный, и редакция Life не стала мелочиться, отдав целый разворот под единственную, хотя и неважного качества фотографию – маленькая девочка на крошечном плоту в открытом море, – и заголовок, обещающий рассказ о чудесном спасении Терри Джо Дюперро и «ужасном корабле смерти». Убийство!
Плотик 5 футов на 30 дюймов спас жизнь девочки Счастливое семейство – Артур, Джин, Брайан и Терри ДюперроДжулиан Харви в военной форме и на борту яхтыТаким был кеч Bluebelle (дизайн Sparkman & Stephens) Терри в палате Hospital of MercyМемориальная доска в память о семье ДюперроТере Дюперро, наше время

Текст Сергея Борисова

В годы войны Артур Дюперро служил на Тихом океане. Прежде он ни моря, ни океана не видел, только озеро Мичиган, а то хоть и безоглядное, но с морским простором все же не сравнить. А тут увидел – и обомлел, и влюбился. Тогда-то и родилась у него мечта, что вот кончится война, разобьет Америка японцев, вернется он домой, заработает денег, купит большую красивую яхту и отправится бродить под парусами меж южных островов. Не один, конечно, а с женой и детьми, ведь будут же у него и жена, и дети!

Прошло пятнадцать лет. Все эти годы Артур Дюперро медленно, но верно приближался к заветной цели. Он получил хорошее образование, стал известным окулистом. В городе Грин-Бей, штат Висконсин, его уважали – и как врача, и как просто хорошего, отзывчивого человека, к тому же примерного семьянина. Его супруга Джин была тремя годами моложе его, ей исполнилось 38, у них было трое детей – Брайан четырнадцати лет и две девочки – одиннадцатилетняя Терри Джо и семилетняя Рене.

Летом 1961 года Артур Дюперро решил, что, все, пора, мечты обязаны сбываться. Человек он, однако, был осторожный, где-то даже сомневающийся, поэтому сразу на покупку яхты не отважился, ну кто его знает, одно дело – мечты, мечты, другое – ветер, брызги, сырость, качка, а с ней морская болезнь, вдруг кому-то из детей будет невмоготу, или Джин. Поэтому для начала недельку, на пробу.

В начале ноября, когда холодные дожди без устали заливали Висконсин, семья Дюперро в полном составе отправилась на аэродром. Через несколько часов они уже были в солнечном Майами. Справки были наведены загодя, поэтому, на то сторонне не отвлекаясь, они поехали далее, в Форт-Лодердейл, в марину Баия-Мар, там их ждал Гарольд Пегг, владелец яхты Bluebelle.

– Как дела? Как долетели? – Мистер Пегг был само радушие. – Отлично, отлично… А мы вас ждем. Шкипер на борту и сгорает от нетерпения, так ему хочется поскорее выйти в море.

Они направились к месту стоянки яхты, а Гарольд Пегг без устали все сыпал и сыпал словами. Были среди них и те, что характеризовали капитана Bluebelle.

– Яхтсмен… Герой войны… Летчик… И в Корее тоже…

Яхта была божественно хороша. Прекрасный 68-футовый кеч, чьи мачты, чудилось, вонзаются в самое небо.

У трапа их встретил капитан Bluebelle. В шортах, с рельефной мускулатурой, чуть растрепанный, что очень ему шло.

– Джулиан Харви, – представился он. – На ближайшую неделю ваш ангел-хранитель, а заодно рулевой этой лодчонки, которая с удовольствием станет вашим домом. Проходите!

Мужчины обменялись крепким рукопожатием. Брайан Дюперро, совсем как взрослый, тоже пожал протянутую ему руку. А девочки, Терри и Рено, с визгом кинулись вперед, на яхту, где их встретила супруга капитана, Мэри Дене Харви.

– Для вас просто Мэри, – сказала она Джин Дюперро. – Уверена, мы подружимся. Располагайтесь, отдыхайте и ни о чем не думайте, не беспокойтесь, тем более что вся стряпня будет на мне. И за детьми я пригляжу, у меня большой опыт. Знаете, я работала стюардессой в Trans World Airlines, пока не встретила этого красавца. – Она показала глазами на капитана. – Пришлось сменить самолет на камбуз.

Они отчалили 8 ноября 1961 года. Под мотором вышли из марины. Дизель Chrysler мощностью в 115 лошадиных сил урчал сыто и довольно. В двух милях от берега подняли паруса. Они наполнились ветром, и Bluebelle полетела над волнами.

Их ждали Багамы. Жизнь была прекрасна!

***

В понедельник, 13 ноября, вахтенный офицер танкера, направлявшегося в Пуэрто-Рико, заметил дрейфующую в океане лодку. Бинокль приблизил ее, и стал виден мужчина, опиравшийся на планширь. Вот он поднял руку и махнул какой-то белой тряпкой.

Это был Джулиан Харви. В лодке была еще маленькая девочка. На ней был не по размеру большой спасательный жилет, и она была мертва.

– Только я спасся, – хрипло проговорил Харви, оказавшись на борту танкера. – Больше никто не выжил.

Через час к танкеру подошел катер береговой охраны. На нем Джулиана Харви доставили в Майами, где он и поведал о трагической истории яхты Bluebelle, ее экипажа и ее пассажиров.

***

Покинув Форт-Лодердейл, они взяли курс на острова Бимини, а оттуда – к острову Большой Абако, где бросили якорь в бухте деревни Сэнди-Пойнт. Накупив в местном магазинчике всякой всячины – детям особенно хотелось сладостей, они двинулись дальше, прерывая плавание частыми остановками. Они загорали, плавали среди кораллов, пытались ловить рыбу, Байан Дюперро упражнялся в стрельбе из своей малокалиберной винтовки, в общем, блаженствовали.

Все изменилось в один миг. Ночью сильнейший шквал оборвал ванты и повалил грот-мачту. Ее обломок пробил крышу рубки, повредил газовый шланг плитки камбуза и электропроводку. Посыпались искры. Начался пожар.

Пока он с помощью огнетушителя пытался побороть пламя, все остальные, находившиеся на Bluebelle, выбрались на палубу. Он тоже отступал к трапу.

И тут взорвался газовый баллон!

Его подбросили и вышвырнуло в кокпит. Взрыв разворотил борт яхты. Bluebelle стала быстро погружаться в воду. И огонь, всюду был огонь, языки пламени вырывались сквозь люки и дыру в крыше рубки. Они заставили Мэри Дене и пассажиров отступить на самый нос яхты.

Он подтянул за линь динги – вечером он поленился поднять лодку на борт, оставив ее за кормой. Перебравшись в шлюпку, он крикнул, что сейчас подплывет, спасет…

Его услышали, но обезумевшие люди не стали ждать и прыгнули в воду. На носу осталась лишь его жена, но и она бы прыгнула, если бы не запуталась в обрывках такелажа.

Он успел сделать лишь несколько гребков, когда яхта вздрогнула и перевернулась, накрыв обломком грот-мачты и уцелевшей бизанью барахтающихся в воде людей. Bluebelle продолжала свой смертельный оверкиль, потом словно клюнула носом и ушла под воду.

Лишь одно пятно, отличающееся цветом от серых волн, осталось на месте исчезнувшей яхты. Это была семилетняя Рене, плавающая лицом вниз. Он втащил мертвую девочку в лодку и…

– Я вверил себя провидению.

***

Следователь, проводивший дознание, смотрел на него молча. Как-то все это было сомнительно. Даже более чем! Однако уличить Харви во лжи возможным не представлялось – свидетелей нет… и не будет. Максимум, что мог сделать следователь, это провести еще один допрос.

– Жду вас завтра, мистер Харви, в одиннадцать.

Второй допрос ничем не помог – капитан твердо стоял на своем, повторяя все слово в слово. Но это не развеяло подозрения следователя, напротив, они лишь окрепли. Потому что… Во-первых, у Харви не было никаких травм или ожогов, свидетельствующих о его отчаянной борьбе с огнем. Во-вторых, на соответствующий запрос синоптики ответили, что в ту ночь и в том районе отсутствовали метеорологические условия для возникновения шквалов столь сильных, чтобы они смогли повалить мачту. В-третьих, никто на проходящих судах, а это достаточно оживленный район, не заметил горящей яхты. И в-пятых, Джулиан Харви был слишком спокойным в своей хорошего кроя куртке, спортивных брюках, рубашке-поло с открытым воротом, он никак не походил на человека, который только что потерял жену и не спас вверивших ему свои жизни пассажиров.

Харви вызывали в офис береговой охраны и на третий день, и на четвертый. Он снова и снова давал показания, ни разу не сбившись, оставаясь невозмутимым и сконцентрированным.

А дальше… Дальше все произошло так, словно в жизни разыгрывалась сцена из голливудского триллера категории «В». В комнату, где только-только закончился очередной допрос, ворвался офицер Береговой охраны и выпалил:

– В море нашли девочку с Bluebelle. Живую!

Харви побледнел.

– Боже мой, – пробормотал он.

Ему потребовалось мгновение, чтобы взять себя в руки.

– Это замечательно, – сказал он с улыбкой, после чего встал со стула и покинул офис береговой охраны. Его никто не остановил.

***

Матрос греческого сухогруза, драивший палубу утром 16 ноября, не поверил своим глазам, когда, выливая ведро грязной воды за борт, увидел в считанных метрах от борта белый плотик, а на нем девочку, которая, задрав голову, смотрела прямо на него. Матрос кинулся в капитанскую рубку.

– Стоп, машина!

Девочку и ее плотик подняли на палубу сухогруза. Прежде чем потерять сознание, она успела назвать свое имя:

– Меня зовут Терри Джо Дюперро.

Ее отнесли в каюту и уложили на койку. Капитан сухогруза телеграфировал на берег: «В море найдена девочка… блондинка… глаза карие… с маленького белого плота… ожоги… шок… нужна немедленная эвакуация». 

На вертолете девочку доставили в Майами, где поместили в Hospital of Mercy. У ворот больницы уже толпились журналисты, готовые поймать в свои объективы sea waif – так, «морской беспризорницей», успела окрестить ее расторопная пресса.

Врачи констатировали у 11-летней пациентки солнечные ожоги третьей степени и обезвоживание, но непосредственной опасности для жизни нет. Следователей допустили в палату только через пять дней, и то, что рассказала им Терри Джо, радикально отличалось от истории в изложении Джулиана Харви. Не было ни шквала, ни пожара, ни сломанной мачты, имел место, как выразился позже один из сотрудников береговой охраны, «акт массового убийства со стороны неистового человека».

К этому времени его исполнитель был уже мертв.

***

Оказавшись на улице, Джулиан Харви снял номер в гостинице Sandman на бульваре Бискейн. Там он зарегистрировался под именем Джон Монро. Несколько часов он то метался от стены к стене, то падал на кровать, упираясь взглядом в потолок. Наконец вырвал листок из гостиничного блокнота и написал: «Я потерпел крушение. Мне осточертела моя жизнь, и я не знаю, что с ней делать. Я не могу продолжать. Я ухожу. Похороните меня в море». После этого он положил листок на стол, а на подушку кровати 10 долларов для горничной.

Он вошел в ванную комнату и плотно закрыл за собой дверь. Достал из бритвенного станка лезвие, примерился и быстрым движением располосовал себе бедро. Фонтаном хлестнула кровь. Он измазал ею пальцы и стал выводить на кафельных стенах волнистые линии. Потом снова взялся за бритву и стал резать себе лодыжки, запястья, предплечья, горло…

Когда его нашли, полицейские поначалу подумали, не был ли он убит, уж слишком «неуклюжим» выглядело его самоубийство. Но полицейских разуверили сотрудники береговой охраны. К этому времени они уже многое знали о Джулиане Харви.

***

Он не знал отца, который оставил его мать, хористку с Бродвея, с младенцем на руках. Несколько лет спустя она вышла замуж за своего импресарио, который всячески баловал пасынка и даже купил ему на десятый день рождения настоящую парусную лодку. Когда второй брак матери распался после биржевого краха 1929 года, Джулиана отправили жить к богатым родственникам, которые потакали всем прихотям племянника.

Подростком он стал заниматься бодибилдингом, став фанатичным его поклонником задолго до того, как это увлечение покорило Америку. Харви добился своего, «выстроив» свое тело, и никогда не уставал щеголять им. Некоторое время он даже работал натурщиком в модельном агентстве, напоминая одновременно и Тарзана, и Амура.

В 1941 году он поступил в авиационную школу. В качестве пилота бомбардировщика участвовал в десятках боевых вылетов, к концу войны став обладателем десятка медалей и дослужившись до подполковника.

Он нравился женщинам, хотя всегда относился к ним свысока. До Мэри Дене у него было пять жен. Все пять браков были скоротечны, а один закончился при очень странных обстоятельствах.

21 апреля 1949 года Харви возвращался домой с вечернего киносеанса. В машине, которую он вел, была его супруга Джоан и ее мать. Когда они проезжали мост, автомобиль врезался в перила и упал в воду.

Женщины утонули, Харви же, по его словам, «в последний момент открыл дверь и выбрался наружу». Между тем водолаз, обследовавший машину, обнаружил, что двери машины закрыты, опущено лишь стекло двери водителя. Получалось, что Харви спасался, даже не сделав попытки спасти своих спутниц. Тем не менее страховка по случаю смерти супруги, была ему выплачена.

Однако с той поры в личном деле летчика появилась запись обследовавшего его врача, суть заключения которого сводилась к тому, что под маской обходительности и дружелюбия может скрываться аморальный человек с явными психопатическими проявлениями, не способный сопереживать другим людям.

Через несколько месяцев Харви снова женился и почти сразу был отправлен в Корею. Там у него было 114 боевых вылетов. Когда в 1953 году он вернулся в Штаты, он развелся и… уволился из армии.

Благодаря очередной женитьбе он смог купить себе 60-футовую яхту и через год потерял ее – она затонула в Чесапикском заливе после того, как врезалась в обломки старого линкора USS Texas. При этом несколько свидетелей показали, что действовал капитан яхты как-то непонятно, потому что несколько раз проходил рядом с буем, которым была отмечена подводная опасность.

На деньги, полученные по страховому полису, Харви купил другую лодку – великолепный шлюп Valiant. В 1958 году, в самый разгар судебной тяжбы с супругой, подавшей на него иск из-за жестокого обращения, Valiant загорелся и затонул в Мексиканском заливе. По страховке Харви получил 40 тысяч долларов, но большую их часть вынужден был отдать бывшей жене.

К 1961 году он уже не мог позволить себе роскошествовать – денег на новую яхту у 44-летнего Харви не было. Женитьба на Мэри Дене не поправила его финансового положения. Теперь он работал наемным шкипером в Форт-Лодердейле, заключив в конце лета соглашение с Гарольдом Пеггом, владельцем Bluebelle.

Вскоре после этого яхта была взята в чартер семьей Дюперро. 

***

Вечером 11 ноября Терри Джо отправилась спать в 9 часов. Ночью она проснулась от крика ее брата Брайана: «Помогите! Папочка! Помогите!»

Терри открыла дверь. На полу кают-компании распростерлись окровавленные тела ее матери и брата.

Ужас охватил ее и он же спас, с этого момента Терри действовала так, словно была лишена чувств и нервов. Даже слез не было.

Она поднялась по трапу. Кровь была везде. Из темноты появился капитан.

– Вернись к себе! – рыкнул он. – Живо!

Она отступила назад и мимо тел матери и брата вернулась в каюту. Залезла на койку и притаилась.

Потом она услышал плеск – вода покрывала пол, поднимаясь все выше, выше.

В дверях появился Харви. В руках капитана была винтовка ее брата. Харви долго смотрел на нее – ей показалось, что бесконечно долго, затем повернулся и исчез.

Вода в каюте продолжала подниматься, и вот она уже коснулась матраса. Терри по колено в воде побрела к трапу. Выбравшись в кокпит, она увидела рядом с яхтой шлюпку.

– Мы тонем? – Ее собственный крик показался ей шепотом, но ее услышали.

– Да, – отрывисто бросил капитан и сунул ей в руки веревку от лодки: – Держи.

Она машинально взяла веревку, но пальцы ее тут же безвольно разжались, и линь выскользнул. Волна отбросила лодку от яхты. Харви выругался и прыгнул за борт. Он догнал лодку и забрался в нее. Терри подумала, что он сейчас вернется за ней, но лодка скрылась в непроглядной ночи, тяжелые облака лишили мир даже света звезд.

Девочка огляделась и тут вспомнила о пляжном плотике из прессованной пробки, лежащем на крыше рубки. Когда они купались и ныряли, они складывали в него диковинки, найденные на дне.

Терри сумела развязать узлы, сбросить плотик на воду и вскарабкаться на него. Но она забыла про одну веревку, и когда яхта погрузилась в воду, то потянула плотик за собой. Девочку захлестнуло волной, но веревка лопнула, и плотик выскочил на поверхность.

Порыв ветра обдал ее холодом. На ней была только белая блузка и розовые пижамные штанишки, и они были мокрыми. Она обхватила себя руками, ее начало трясти.

Мгновения складывались в минуты, минуты – в часы. Словно нехотя, начало светать. Глаза слипались… Ее разбудила боль в ноге, свесившейся за борт. Рыба-попугай примеривалась к ее пальцам. Терри отдернула ногу.

Запершило в горле, но ни жажды, ни тем более голода она не испытывала. И вообще она не боялась, только беззвучно шептала молитвы.

Так прошел день. И ночь. Когда снова стало светло, она увидела маленький красный самолет, но пилот не заметил ее.

Через несколько часов недалеко от плота, прямо под поверхностью воды, появились какие-то призрачные тени. Когда они приблизились, оказалось, что это морские свиньи (морские млекопитающие подотряда зубатых китов. – Прим. ред.). И ей стало легче, будто эти существа посланы ей в утешение. И она возблагодарила Господа, что Он услышал ее.

Ночь вернула кошмары, но принесла и благословенное облегчение обожженному солнцем телу. Она заснула. Ей приснилось, что она в кабине самолета, идущего в посадку. Рядом в кресле сидел отец, в его руке был бокал красного вина. Ей тоже захотелось вина, хотя она раньше никогда его не пробовало, но им можно было утолить жажду! Отец поднял бокал и сказал: «Пойдем, Терри Джо, мы выходим». Тут она проснулась…

Следующий день, среда. От солнечных лучей все сильней болели глаза. Кожа вздулась пузырями. Большую часть времени Терри приходилось балансировать на борту плотика, потому что часть полотняных ремней, из которых было сплетено его дно, оказалась порвана. Иногда на нее накатывали видения: она видела на горизонте маленький необитаемый остров с одинокой пальмой, но когда приближалась к нему, остров исчезал, а потом исчезала пальма... Она потеряла сознание. Это было как избавление.

Четверг. Она была на краю смерти, но вдруг вышла из оцепенения и открыла глаза. Перед ней была стена – огромная, до самого неба. А еще раздавался гул, низкий, глубокий, отзывавшийся тихим стоном в ее груди. Стена превратилась в кита – и снова стала стеной. Над стеной торчали головы. Она услышала тихие голоса. Наконец она почувствовала себя… да, наверное, в космосе. Сильные руки медленно поднимали ее.

***

У Джулиана Харви, как ни странно, были друзья. Его самоубийство они объяснили тем, что капитан, дескать, не представлял себе жизни без любимой жены, а также мучился угрызениями совести, что не смог уберечь пассажиров Bluebelle.

Доводы эти были признаны несостоятельными. Тут свою роль сыграли показания Гарольда Пегга, который засвидетельствовал, что заметил глубокие царапины на правой руке Харви, когда тот вернулся в Майами. И это были явно следы ногтей, а у Мэри Дене были длинные ногти. Впрочем, слова владельца яхты можно было бы и не принимать во внимание, если бы не еще одна новость: незадолго до отплытия Харви застраховал жизнь супруги на 20 000 долларов.

Самой правдоподобной детективам теперь представлялась следующая версия. Джулиан Харви собирался убить свою жену ради страховки. Та, вероятно, догадалась о его намерениях и рассказала о них супругам Дюперро. Вероятно также, что ночью с 11 на 12 ноября Мэри неосторожно сказала мужу, что ей известно о его планах, и по возвращении на берег она обратится в полицию. Харви запаниковал, бросился на жену и после короткой схватки убил ее. Затем, избавляясь от ненужных свидетелей и все больше теряя рассудок, он убил всех членов семьи Дюперро… за исключением Терри. А что именно спасло девочку, не так уж важно.

***

С тем, что это «не так уж важно», был не согласен знаменитый писатель, автор бесчисленных детективных романов Эрл Стенли Гарднер, который живо интересовался этой историей и позволил себе высказать несколько соображений в статье «Дело о последнем плавании яхты Bluebelle».

По мнению создателя «всезнающего» адвоката Перри Мейсона, вряд ли в данном случае можно говорить о каком-то внезапном просветлении в мозгу Харви, тем более раскаянии, остановившем его. Логика подсказывает, что капитан хотел убить девочку, но, вынужденный броситься в море за лодкой и вернувшись на место, где затонула яхта, он обнаружил лишь мертвую Рене… и успокоился, сочтя, что ни одного свидетеля его преступления больше нет. А возможно, высказал осторожное предположение писатель, Джулиан Харви хотел быть пойманным и наказанным. Душа умалишенного и впрямь потемки.

С чем Гарднер соглашался, так это с утверждением следствия: самоубийство Джулиана Харви и его предсмертная записка указывают на его виновность. А девочка… она достойна восхищения! И сочувствия, конечно, тоже.

***

В последнюю неделю ноября 1961 года Терри Джо была выписана из больницы и отправилась домой в Грин-Бей. Ее удочерила сестра отца, которая никогда не напоминала Терри о случившемся и не расспрашивала о деталях трагедии. Добрая женщина полагала, что лучше все забыть – забыть так, будто ничего и не было.

«Окружающие молчали об этом, – вспоминала много лет спустя Тере, в 12 лет изменившая правописание своего имени. – И я не могла заговорить о случившемся. Со мной пытался работать психиатр, но он не добрался до сути проблемы».

Наверное, следовало поступить по-другому – все рассказать, говорить и говорить, чтобы изгнать гнетущие воспоминания. Но потребовалось 49 лет, чтобы Тере Дюперро решилась на это. К этому времени она пережила четыре неудачных брака и родила трех детей. Она написала книгу Alone: ​​Orphaned on the Ocean (в соавторстве с психологом Ричардом Логаном), в которой рассказала о том, что произошло с ней в те страшные дни, отобравшие у нее родителей, брата и сестру.

Она искренне поведала о своих чувствах, переживаниях. Подтвердила, что не видела, как Джулиан Харви убивает ее родных, но она видела их тела! Призналась, что не знает, почему капитан ее пощадил. Призналась и в том, что не испытывала страха, потому что верила: Бог не оставит ее. И еще она уверена, что выжила… для чего-то. «Если хотя бы один человек, – написала она на последних страницах своей книги, – излечится от жизненной трагедии, узнав о моей истории, значит, случившееся со мной имело какой-то высший смысл и не было напрасным».

***

Тере Дюперро описала в мельчайших подробностях то, что ей довелось пережить. И странно, что ее книга еще не стала основой для эпического фильма с претензией на «Оскар».

Плотик, на котором спаслась Терри Джо Дюперро, был белого цвета. И блузка на ней была тоже белого цвета. Еще она была блондинкой… В океане, где волны и «барашки», это крайне неудачный цвет. Поэтом эксперты береговой охраны США, рассмотрев данный случай, рекомендовали «рассмотреть вопрос о внесении поправок в спецификации для плавсредств, и прежде всего спасательных», чтобы в будущем для них использовался исключительно «интернациональный оранжевый». К специалистам прислушались, и вскоре все плоты, спасжилеты и даже вертолеты спасателей стали оранжевыми. И лишь немногие знают почему. И вдруг Господь хотел именно этого?

Опубликовано в журнале Yacht Russia №6 (108), 2018 г.

Популярное
Oyster. Подъем с глубины

Всякое время и всякое дело имеют свои символы. Нередко в качестве вечных символов называются архитектурные сооружения: Кремль, египетские пирамиды, Тауэр, Биг Бен. Часто в качестве понятных знаковых вещей упоминаются некоторые бренды, символизирующие те или иные качества товара и обладающие очень высокой – а порой и вовсе «незыблемой»! – репутацией высококлассных изготовителей. Например, автомобили Bentley. До недавнего времени к таким незыблемым брендам относилась и британская компания Oyster Yachts, яхты которой считались образцом качества, надежности и долговечности. Однако все изменилось…

Идеальная яхта для дальнего плавания

Если вы запланировали круизную прогулку на яхте, то, скорее всего, уже решили, через какие именно экзотические места будет пролегать ваш маршрут. Однако подобрать судно для путешествия не так-то просто. Наши эксперты знают, на что нужно обращать внимание при выборе подходящей яхты

Мотылек с острова Дьявола
Он был преступником. Арестантом. Заключенным. И бежал снова и снова. Его ловили, а он опять бежал. Потому что... Жить, жить, жить! Каждый раз, находясь на грани отчаяния, Анри Шарьер повторял: «Пока есть жизнь, есть надежда».
Неоконченная кругосветка Сергея Жукова

Сергей Жуков в одиночку дошел до Австралии на собственноручно построенной яхте... и там потерял ее. Но главное - остался жив и не расстался с мечтой о кругосветном путешествии

Борода - краса и гордость моряка

Издавна считается, что борода моряка - символ мужской силы, отваги, воли, мудрости, гордости. Особенно если эта борода шкиперская, фирменная.

Дауншифтинг под парусом, или В плену стереотипов

Бытует мнение… И пусть оно ошибочное, оно все равно бытует. Путешествовать на яхте могут себе позволить только миллионеры. Купить яхту это безумно дорого, а уж жить такой жизнью это вообще только олигархам доступно.

Жизнь на яхте

Все чаще мы узнаем о том, что кто-то из сограждан, устав от жизни на берегу, бросил налаженный быт, приобрел яхту и отправился в море, выбрав себе (а, порой, и семье) судьбу морского скитальца. Что это – форма эмиграции, эскапизм, здоровый авантюризм или своего рода впадение в детство, когда игра в кораблики важнее реальных проблем? Ради чего люди разрывают привычные стереотипы?

Дональд Кроухерст: лестница вниз

Его называют мошенником чаще, чем героем. Его судьба неразрывно связана с первой безостановочной кругосветной гонкой 19068-1969 годов. Он пропал в океане...

Гром и молния!

В гавани, на якоре или в открытом море – в любом случае встреча с грозой для яхтсмена является сильным переживанием. Неготовность к этой встрече только усиливает негативные эмоции. 

На якорь – без стресса!

Поскольку спокойный отдых на якорной стоянке относится к важнейшим вещам во время плавания под парусами, то мы попытались систематизировать все ключевые моменты, касающиеся постановки на якорь. К тому же, у каждой лодки свои особенности выполнения маневров постановки на якорь…