300 лет
Тренерский корпус. Хождение по мукам
Ситуация, сложившаяся в отечественном парусном спорте напрямую связана с состоянием тренерского корпуса, а также с положением детско-юношеских парусных школ, пополняющих своими учениками сборную страны. О том, как сегодня обстоит дело с тренерскими кадрами, их теоретической и практической подготовкой? Слово - специалистам
Тренерский корпус Тренерский корпусТренерский корпусТренерский корпусТренерский корпус

Подготовил Артур Гроховский

1

Торжество некомпетентности

Геннадий Ковалев, мастер спорта международного класса, член молодежной сборной СССР, член сборной команды СССР в классе «Летучий голландец», тренер УТЦ и ШВСМ в городе Сочи.

Мои дискуссии в Интернете не привели к должной реакции парусной общественности, и я решил продолжить обсуждение со страниц уважаемого в яхтенных кругах журнала YR и более подробно проанализировать то, как мы пришли к ситуации, сложившейся в нашей сборной команде России по парусному спорту.

В сентябрьском номере YR в материале «Парусная Цусима» приведены данные о представительстве на олимпиадах сборной России с 1996 года. Наиболее «урожайным» для сборной был год 2004. Более того, перед той Олимпиадой в активе команды было шесть медалей в четырех классах яхт. Почему медальный план (две награды) тогда выполнен не был?

Потому что от заключительного этапа подготовки был отстранен главный тренер команды, что и привело к плачевным результатам. По поводу же личности отстраненного главного тренера, которого я знаю более 45 лет, могу привести слова Жозе Моуриньо: «Если вы нравитесь людям, то вы хороши, если же они ненавидят вас, то вы лучший».

В следующем олимпийском цикле началась тренерская чехарда, когда на должность главного тренера были последовательно назначены О. Шилов, О. Хоперский и С. Джиенбаев. Результаты сборной начали снижаться и к Олимпиаде достигли своего минимума. На отчетной конференции ВФПС работа штаба сборных была признана неудовлетворительной, назначены перевыборы руководства ВФПС и объявлен конкурс на замещение тренерского состава сборной.

Вот здесь нужно сделать паузу и пристально посмотреть на то, каким образом оцениваются соискатели на тренерские должности в сборные команды. Абсолютная власть в этом отдана конкурсной комиссии. Кандидаты представляют ей тезисы, эти тезисы рассматривают назначенные президиумом ВФПС члены комиссии и входящие в нее представители Спорткомитета и ОКР. Всю погоду делают члены конкурсной комиссии ВФПС, с мнением которых, как правило, другие соглашаются.

Так вот все проблемы в том, что критериев для определения профпригодности членов самой комиссии нет. Как нет у них и ответственности за собственный выбор. В нее (комиссию) идут по принципу «хороших парней» и «настоящих яхтсменов». Ни образования, ни личных достижений в спорте, ни участия в организации подготовки спортсменов никто от них не требует. Главное здесь – это «наш человек» или нет, удобен ли он президиуму и лично президенту ВФПС. Я не сгущаю краски, посмотрите интервью В. Силкина, в котором он рассказывает, что, увидев списки подавших заявления на конкурс, приложил все усилия, чтобы переизбрать главным тренером Джиенбаева, деятельность которого только что признали неудовлетворительной.

В итоге люди, имеющие низкий уровень квалификации, постоянно делают ошибочные выводы и принимают неудачные решения, но не способны осознавать свои ошибки в силу своего невысокого уровня квалификации.

Некомпетентность конкурсной комиссии, назначенной президиумом и президентом с таким же низким уровнем квалификации, утвержденные комиссией тренеры с соответствующим их уровню специальными знаниями – все это приводит к тому, что даже Иосиф Виссарионович Сталин не смог бы любыми репрессиями и угрозами «выдавить» из последних результат. Они его не могут дать по определению, в силу объективных причин, и мучить их всякими вопросами о «системе подготовки» просто негуманно. Они даже не понимают сути претензий к ним – равно как и половины слов, которые употребляют их оппоненты.

Апофеоз некомпетентности – предложенная совместная программа «Алло, мы ищем таланты!» ВФПС и Академии парусного спорта из Петербурга (практически ИЧП В. Любомирова) по поиску «перспективных молодых» тренеров. Да настоящие специалисты и так знают всех детей, занимающихся парусным спортом старше шести лет, во всей стране и в ее «ближайших окрестностях», а не только тренеров, способных их растить. Других нет, а при такой селекции в ближайшие тысячу лет и не будет. Достаточно проанализировать списочный состав преподавателей кафедр вузов, готовящих тренеров, количество и качество их научно-методических разработок и публикаций. А каково вам определение классов, которые будет финансировать и развивать эта совместная программа?! Кто дал вам право, господа, решать «кому жить, а кому умереть»?! Да еще с вашим уровнем компетенции?

Нам даже «заграница» не поможет. Пригласив в сборную специалистов «оттуда», мы вряд ли сможем превзойти своих импортных наставников, потому что у тех просто нет такой задачи – растить себе конкурентов. Надежда на это, как иллюзии, что чемпионом мира стал «российский» экипаж В. Просихина, в составе которого, кроме него самого, нет ни одного нашего соотечественника.

Посмотрите мою сетевую полемику с Джиенбаевым, и все встанет на свои места. Ему не хватает качественной материальной части, которую он покупает на порядок больше требуемой для нормальной работы и результатов, но не видит, что: «По работе с материальной частью в первую очередь нужен результат на обычной, заурядной материальной части, после которого производителю будет интересно работать с вами. Валентин Манкин нам всегда говорил: «Плохая матчасть – средний результат, средняя матчасть – отличный результат, хорошая матчасть – выдающийся результат».

Как только вы со своим результатом сможете быть рекламой качества для производителя матчасти и начнете помогать ему своими замечаниями сделать ее более быстроходной, так он будет ее строить вам по вашему предпочтению, по минимальной цене, с максимально возможным качеством и в кратчайшие сроки, но вы должны ему доказать вашу незаменимость и пользу. По такому принципу в советское время работали с производителями матчасти лидеры сборной – поспрашивайте у них, расскажут много интересного...

В другом посте В. Иванов, много лет работавший ассистентом у Виктора Коваленко, раскрывает часть его «секретов»: «Почему австралийская команда в классе 470 – бессменный лидер в мире? Потому что кроме таланта Виктора Коваленко туда им перенесена СИСТЕМА подготовки сборной СССР, которая им успешно развита и реализована в условиях Австралии».

Все написано и систематизировано в отчетах, перспективных планах развития на олимпийский цикл, методичках сборной СССР. Была создана СИСТЕМА подготовки. Издано множество книг и брошюр тренерами, участниками этого процесса, но все это забыто нынешним поколением тренеров и руководителей. Нынче каждый тренер готовит как минимум «олимпийского чемпиона», не обладая ни необходимым опытом, ни знаниями. Хотя все основы подготовки действительны и для сегодняшнего времени.

А что касается пресловутого отчета главного тренера, то мой комментарий к ее отчету полностью без купюр таков: «Написал свое мнение об отчете главного тренера парусной федерации, реакции никакой, и это меня немного беспокоит: вот на ваш суд господа и дамы (яхтанутые) вопрос, почему федерация молча принимает отчет, который никуда не ведет, а лишь невероятно тянет и тормозит работу с командой высшего дивизиона?

Уступая пожеланиям своих товарищей, позволю себе краткие тезисы.

В отчете главного тренера по итогам Орхуса основное внимание было сосредоточено на примитивном сравнении результатов и на недостатках финансирования, что к анализу подготовки команды имеет косвенное отношение.

Подобное «лобовое» равнение результатов не дает никакой пользы, если их не увязать с объемами, содержанием и направленностью процесса подготовки и сравнения этих показателей с аналогичными данными конкурентов или ведущих гонщиков.

Для нормальной оценки соревновательной деятельности, без которой невозможно планировать содержание тренировочного процесса, нужны конкретные данные по экипажам и отдельным ее членам, которых, судя по всему, просто нет. Анализ треков может многое дать в объективной оценке тренировок и соревнований, но должен быть фрагментирован на составляющие, по которым порядка 20 факторов структуры соревновательной деятельности позволят обоснованно составлять программу тренировок, необходимых конкретному спортсмену.

По финансированию: сам по себе объем средств без анализа структуры их расходов – это пустые цифры, по которым невозможно определить, на что и как были истрачены средства, на транспортные расходы, оплату специалистов и спарринг-партнеров, размещение и аренду спортсооружений, приобретение материальной части и т.д.? Как расходуют средства, выделенные на подготовку, соперники и ведущие гонщики? Где есть резервы и куда необходимо направить дополнительные средств? Никто просто не даст денег без твердой уверенности, что они пойдут на конкретные цели и позволят решить конкретные задачи».

2

Где взять кадры?

Ирина Русакова, профессор кафедры теории и методики водно-моторного и парусного видов спорта Национального государственного университета физической культуры, спорта и здоровья имени П.Ф. Лесгафта. Сегодня университет – ведущая организация страны по подготовке парусных тренеров.

Сегодня в парус приходит много молодых людей, уже имеющих теоретическую и практическую базы, готовых передавать свой опыт. Об этом я могу судить по нашей кафедре. Появились и тренеры среднего поколения – их еще недостаточно, но кадровый провал после «катастройки» заполняется. Конечно, проблема нехватки кадров сохраняется: на кафедру постоянно приходят заявки на тренеров из регионов - из Краснодара, например, из Калининграда, этот город очень просит тренеров. Но это что касается детского спорта.

На уровне сборной проблемы глубже. Там тоже есть квалифицированные тренеры – наверное, при определенных условиях они дадут хорошие результаты, тем более что один пример уже есть: это бронза на прошлой Олимпиаде. И я здесь говорю, конечно, о личных тренерах и тренерах классов, которые достаточно компетентны.

Но повторить сегодня тренерский успех, допустим, Машовца и Коваленко вряд ли возможно. Тогда сложился целый комплекс причин, который сформировал эти феномены. Тут и накопленный опыт, исторически сильная украинская парусная школа, теплый длинный сезон, но, наверное, самое главное – это «кураж победителей», та самая послевоенная когорта яхтсменов, которая не умела проигрывать. Валентин Манкин, Владислав Акименко, Иван Матвеев, Валерий Гусенко, Валерий Зубанов, Георгий Шайдуко, Владимир Игнатенко – они все выходцы из того времени, из времени победителей. Это личности в нашей парусной истории, умевшие ставить перед собой высокие цели и добиваться их. Сегодня вряд ли можно рассчитывать на то, что они появятся сами собой, без изменения обстановки в стране в целом.

Однако новое поколение тренеров, которое приходит на смену известным именам, тоже, думаю, будет успешным. Уже можно называть тех, кто готовит хороших спортсменов: Мария Фролова, Вадим Пушев, Варвара Чех, а Диана Крутских вообще воспитывает целую когорту. И к их чести, они не зацикливаются только на собственных детях, а воспитывают целую скамейку более или менее взаимозаменяемых гонщиков.

Однако здесь есть болезненная проблема: попадающий в молодежку спортсмен – это еще не до конца сформировавшаяся личность. Это гонщик, привыкший работать только со своим личным тренером. Переходя «под юрисдикцию» нового тренера, не каждый спортсмен может перестроиться и уйти из-под крыла своего привычного и любимого наставника. Многие юные гонщики очень трудно воспринимают этот переход. При этом российских исследований, нивелирующих эти проблемы, я не знаю.

Отечественных научных разработок вообще очень мало, как недостаточно и кадрового потенциала для подобных исследований. Ощущается и нехватка переводов зарубежных методических рекомендаций – я их практически не встречаю. На встречах и семинарах я часто слышу вопросы: «Ну что там у вас нового в Лесгафта, что вы там разрабатываете?» Увы, и у нас ощущается нехватка кадров, скажу больше – научного потенциала вообще.

Хотя именно мы являемся головной организацией по разработке методических пособий, в свое время перед кафедрой была поставлена задача создавать учебные (студенческие) разработки, а не методические (тренерские) рекомендации. Так что серьезные исследования на кафедре пока еще практически не проводятся.

Что касается вопроса о роли муниципалов в развитии нашего спорта, то ответ на него таков: если муниципальные власти обратят на нас внимание, то это может решить многие проблемы. Посмотрите на тот же «Крестовский остров», выстреливший буквально за год! Но пока что мы, парусники, для муниципалов являемся чем-то не до конца понятным. Даже в Петербурге, где немало воды, где много парусных мероприятий и достаточно информации о них, на мои слова «я тренер по парусному спорту» следует недоуменное: «А разве есть такой спорт?» Безусловно, чиновники о нас знают, но столь же однозначно они не понимают нашей специфики. «Почему у вас так дорого?» – вопрос, наверное, вечный. Так что пока мы для наших чиновников terra incognita…

Если же вновь вернуться к проблемам тренерского коллектива страны в целом, то самая больная из них – полное отсутствие преемственности. Никто из наших тренеров (кроме разве что Анны Деяновой из старшего поколения) не делится своим опытом. Еще Мария Фролова на тренерских семинарах раскрывает свои наработки и приемы, но это все. Не хватает передачи традиций, культуры преподавания, знаний, тренеры не воспитывают себе смену. Как результат, пока еще никто не создал свою собственную тренерскую школу…

Многие толковые яхтсмены уходят на большие яхты или в чисто коммерческие регаты. Платные спортивные команды имеют две стороны: в небольших количествах - это польза, а в больших количествах – это яд. Да, они популяризируют парус, создают красивую картинку, дают результаты. Это большой плюс, что тут спорить. Но они же и оттягивают на себя талантливых гонщиков, которые могли бы быть успешными тренерами.

А самая большая проблема сборной – короткая скамейка запасных. Фактически в команде нет не то что третьих, но даже полноценных вторых номеров. Сейчас отбор идет лишь из двух кандидатур в классе (ав Австралии, например,  длина скамейки запасных молодежной сборной в 470-ке – восемь экипажей). И дело, конечно, не только в недофинансировании сборной. Деньгами проблемы не решить, все решают люди. И здесь проблема комплексная.

Когда все деньги класса вкладываются только в двух спортсменов – им создаются привилегированные условия, у них лучше матчасть, большее количество выездов, – остальным уже трудно угнаться за ними. Отсутствие конкуренции при отборе вдобавок порождает иждивенчество, ведь просто попасть в сборную – это уже конечная цель для многих гонщиков. Попасть и дальше не напрягаться, поскольку конкурентов-то уже, по сути, и нет. И вот результат: у гонщика есть задача оказаться в сборной, но задачи выиграть (что показал чемпионат в Орхусе) у него уже нет.

Совершенно инфантильная схема поведения: сам не расту и другим не даю, занимая место в команде. Это в чистом виде вина тренерского состава. Хотя бы в отсутствии умения мотивировать спортсменов…

3

Без науки – никуда

Юрий Ларин, тренер-преподаватель, главный тренер олимпийской сборной страны (1992–2000), кавалер медали Президента России «За значительный вклад в развитие спорта и международного спортивного сотрудничества, пропаганду здорового образа жизни», лауреат национальной премии «Яхтсмен года» в номинации «За вклад в развитие парусного спорта».

Первая причина отсутствия высоких результатов в российской сборной в течение двадцати последних лет – это низкий профессиональный уровень специалистов-тренеров. Их подготовка в наших учебных заведениях на настоящий момент поставлена крайне слабо. Основной костяк этих специалистов составляют люди, которые пришли из практики, из парусных гонок. Они умеют хорошо гоняться, разбираются в настройках яхты и погоде, но при этом не имеют ни методической, ни психологической базы. Образно говоря, «научились работать с яхтами и сметами, но не научились работать со спортсменами». Нет профессиональных тренеров высокого класса сегодня в стране, это факт.

Чего не хватает сегодняшним российским тренерам? Знаний и умений. Они не пытаются совершенствоваться, да и попросту не имеют возможности: система подготовки тренеров в стране полностью уничтожена. Нет научно-практических конференций, почти нет научной и методической литературы, нет анализа происходящего в современном гоночном парусе. Нужна и специализированная научная лаборатория, но именно специализированная, и именно научная. Чтобы собрать туда всех лучших и наладить подготовку педагогов-методистов, которые были бы именно тренерами, а не менеджерами.

Вторая проблема, которой раньше, кстати говоря, не было – закрытость работы сборной команды. Она, как уже не раз писал об этом YR, стала плотно изолированным клубом, о котором мало что неизвестно. Вот яркий пример: в Рио на предолимпийскую регату в 2015 году поехала команда, с ней отправилась масса специалистов, но никакого публичного отчета о том, как показала себя там сборная, не было. Естественно, при такой постановке дела экспертный взгляд со стороны становится невозможным.

Что делать в этой ситуации? В условиях ограниченных ресурсов надо создать в стране два-три федеральных центра с консолидацией всех материальных, людских и финансовых возможностей, где на постоянной основе проводить круглогодичную подготовку резерва сборной команды страны с использованием школы-интерната. Отбор туда следует вести ежегодно при помощи специальной экспертной комиссии по двум критериям: и по спортивным показателям, и по результатам специальных тестов.

Следует разработать перспективный план работы команды на два олимпийских цикла с выходом на пики формы к основным соревнованиям сезона и цикла. Каждый спортсмен должен иметь свой индивидуальный план подготовки с четкими задачами и планируемыми результатами.

Вот два главных момента, важных при создании любой сборной, – централизованные планирование и подготовка тренерских кадров. Для победы спортсмен высокого класса должен обладать рядом специфических качеств, которые тренер обязан в нем совершенствовать. Я говорю о таких вещах, как чувство крена, чувство руля, чувство ветра; перспективной является работа над совершенствованием вестибулярного аппарата, это очень важный момент. Есть яхтсмены, которые обладают этими способностями на очень высоком уровне. Тренер должен уметь заметить эти качества в яхтсмене и развить их.

Но! Спортсмен может быть и физически, и технически, и тактически быть готовым очень хорошо, но достаточно одного небольшого срыва – и все рушится. Психология в спорте – это очень важно. Но сегодня найти хорошего спортивного психолога крайне трудно, это серьезная проблема. Здесь очень существенна роль комплексной научной группы (КНГ). В целом есть смысл организовать информационно-аналитический центр, специалисты которого должны собирать все новости о парусных гонках, их победителях, используемой ими материальной части, гидрометеоусловиях мест проведения важнейших регат, новациях в тренерской работе, анализировать эту информацию, доводить ее до тренеров и спортсменов.

В целом приоритеты в подготовке олимпийца высокого уровня, на мой взгляд, должны быть таковы: личностные качества яхтсмена, развитие специальных навыков, таких как чувство крена, чувство руля и т.д., физическая подготовка, но не просто общая, а специализированная, с учетом класса яхт и конкретной функции спортсмена в экипаже.

При разговоре о подготовке олимпийцев высокого уровня часто возникает вопрос об иностранных тренерах. Советская система подготовки тренеров была на очень высоком уровне, была своя тренерская школа СССР (не только в парусном спорте). Теперь же все кинулись покупать зарубежных специалистов: на зимней Олимпиаде в Сочи из одиннадцати главных тренеров нашей сборной семеро были иностранцами. Но будут ли зарубежные тренеры, придя сюда, не просто зарабатывать деньги, а вкладывать в Россию душу? Это вопрос.

Особых преимуществ с привлечением иностранных тренеров я не вижу, чуда от них ждать не стоит. У нас есть и свои мастера, которых не всегда привлекают к делу, и здесь я снова вернусь к положению, что сборная должна быть открытой. Я и сам пришел в нее по открытому конкурсу, тогда в нем участвовали специалисты со всех регионов России, пятнадцать человек. И ведь брали же мы медали в тяжелые девяностые годы, когда денег почти не было. Да, в тех областях подготовки, где мы сегодня не имеем сильных специалистов, возможно привлечение иностранцев, скажем, в тактике, прикладной гидрометеорологии, настройке матчасти, но главный тренер должен быть с российской ментальностью.

Самое важное все-таки – это системная подготовка с планированием на восемь лет, не меньше. Первые результаты в идеале могут быть получены и раньше, но через восемь лет точно можно будет добиться того, что о России будут говорить «парусная страна», как это было в далекие семидесятые-восьмидесятые годы. Но это далекая перспектива, не всем она интересна, в этом-то и проблема.

А планировать на год-два, постоянно меняя главных тренеров, и вовсе бессмысленно.

4

Работать надо!

Наталья Федорова, директор парусной школы «Крестовский остров», организатор целой декады регат «Паруса Белых ночей», главный тренер сборной на Олимпиаде в Рио, лауреат национальной премии «Яхтсмен года» в номинации «Лучший организатор года», «Лучшая парусная школа», «Лучшая команда». 

Если мы начинаем разговор о тренерских проблемах нашей сборной, то должна сказать, что за последнее время жизнь команды строится весьма обособленно. Так уж сложилось на сегодня, что тренерский состав (Совет) сборной фактически замкнут сам в себе. Если в основной сборной диалог еще возможен, то в «молодежке» все решается исключительно узким кругом «своих». В руководстве команды достаточно серьезный – насколько я могу судить по собственному опыту – диктат. С несогласными вопросы решаются быстро. От тренеров и школ требуют достаточно много, а вот обратной связи практически никакой нет. Сейчас не сборная для спортсменов, а спортсмены для сборной. Что-то в этом мире перевернулось…

Диктат и волюнтаризм

В целом, в сборной ситуация складывается еще даже хуже той, о которой сказала Ирина Русакова: резерва в олимпийской команде нет вообще – есть первый номер и есть все остальные, которые до первого номера пока не дотягивают ну никак. В «Лазерах», например, никто даже близко не достает до Комиссарова, в RS:X – до Елфутиной. Это же касается и Созыкина с Грибановым – а в других классах, поверьте, все еще хуже.

И вот результат такой практики – Орхус. Три заявленные лицензии – это не «амбициозная программа-максимум», это невыполненная программа-минимум. Тем более, что все четыре года фактически финансировались только три указанных выше экипажа. Это вовсе никакие «не смелые задачи», а откровенный провал. В футболе – что бы мы о нем ни думали – за такой «результат» руководителей команды безоговорочно отстраняют.

В самой сборной, к сожалению, никуда не исчезла прежняя практика: сборы проводятся там, где это удобно по деньгам. Зачастую точки сборов вообще не соответствуют тем акваториям, к которым надо специально готовиться: не та вода, не те условия. Договориться о месте проведения практически нереально, даже если Школа готова сама за это платить. Ответ обычно прост: «Или вы работаете там, где сказала сборная, или мы вас из сборной вообще отчислим».

И вот конкретные примеры диктата, о котором я сказала ранее, чтобы не быть голословной. К старшему тренеру юношеской парусной доски со стороны некоторых личных тренеров спортсменов есть претензии по работе на воде, а именно в части работы над техникой.  При этом «жалобщики» обычно получают в ответ от Анастасии Черновой, непосредственного руководителя молодежной сборной, вместо объективного рассмотрения – репрессии. Наших спортсменов, лидеров класса, например, в итоге возникшего между тренерами конфликта вообще исключили из состава сборной. Исключили заочно, без рассмотрения – «наказали» личного тренера. А тренер сборной, высказавшийся против, оказался снят со ставки, хотя к работе его и продолжают привлекать.  Сейчас ситуация накалилась так, что мы были вынуждены обратиться с письмом в Министерство спорта и даже выше…

Письмо в Министерство спорта
У тренера Дениса Закриева, работающего в классах RS:X и Techno, в составе молодежки двое наших спортсменов – Мария Леменкова и Артем Акимов. У Дениса стали возникать претензии: после сборов со сборной спортсмены теряли в результатах – ибо тренер сборной начинал переучивать этих спортсменов по своей методике (менял им технику управления снарядами), что стало приводить к ухудшению показателей.
Об этом тренер написали в открытом письме на имя Анастасии Черновой, в ответ началась травля обоих спортсменов и лично Закриева. Руководителем молодежной сборной были предприняты все возможные и невозможные меры, чтобы убрать этих двух гонщиков из команды – и они были убраны (редакция располагает перепиской с деталями всего процесса. – А.Г.). причем в случае исключения Акимова старший тренер так и указал, что таким образом надо наказать тренера – а наказали в результате перспективного спортсмена. Произошло банальное сведение счетов – выгнали независимо ведущих себя гонщиков, дающих результаты. Оба яхтсмена (и Леменкова, и Акимов) не поехали на юношеские Олимпийские игры, куда должны были попасть.
Однако после удаления из сборной результаты Леменковой и Акимова на международных регатах стали оказываться выше результатов всех остальных сборников – они уже попадают в Топ-10. Так что можно прямо сказать – прекращение тренировок со сборной, с этой сборной однозначно улучшает результаты. Индивидуальная работа с личным тренером плодов, как выясняется, приносит больше, чем со сборной – и это уже система.
И ведь еще какой интересный момент! Так как заявленные критерии отбора на ЮОИ не выполнил никто (Резникова Яна на Сицилии отбиралась на другом парусе 7,8 вместо 8,5). Отбор необходимо было продолжить. Однако, никак и нигде не объявлялись дальнейшие  критерии отбора на нее. Информация всегда проходила только устно и всегда менялась. Система подобных «устных» критериев подгона под отбор продолжает жить и процветать вот уже второе десятилетие.
Мы, естественно, отреагировали на столь вопиющее безобразие. Школой было написано письмо в Министерство спорта. Мама Марии Леменковой пошла дальше и написала письмо Президенту страны с изложением всех деталей. Из Администрации Президента РФ пришли запросы в Министерство спорта и в адрес губернатора города. Так что дело будет рассматриваться на самом высоком уровне, сейчас мы собираем все необходимые документы и надеемся, что ситуацию замять никак не удастся.
Поскольку это – с нашей точки зрения – просто расправа над спортсменами из-за неугодного руководству сборной тренера, который начал «мнение иметь». А иметь его в нынешней молодежке нельзя. Потому что старший тренер по резерву показывает результаты, которыми и может прикрываться перед министерством.

На самом же деле медали в молодежной сборной – это далеко не заслуга тренера сборной. Эти результаты дают – в большинстве своем – попросту тренерские дети. Давайте посмотрим на фамилии: Крутских, Терешкин, Шелудяков, Механиков, Николаев, Евфимьевский, Токарев, Чех, Фролова, братья Ушковы. И так далее… Эти ребята под присмотром своих родителей тренируются по «24 часа в сутки», а приписываются эти достижения молодежной сборной. Нормальной работы с резервом в сборной нет. Нет ни отбора, ни селекции по регионам. Не ведется такая работа, увы.

В парусном спорте России сегодня все зависит от того, состоятелен ли регион (или же родители самого ребенка). Есть всего пара мест в стране, которые могут позволить себя селекцию внутри региона – Москва да Питер. Даже Краснодарский край, где есть теплое море, не в силах обеспечить подобную селекцию талантливых детей. И нет никакой работы по будущей профориентации, она просто отсутствует. Куда пойдет ребенок после «Оптимиста»?

В итоге спортсмены бегут из регионов туда, где можно заниматься спортом. Люди семьями меняют место жительства ради детей. Знаете, сколько семей за этот год переехали целенаправленно в Петербург только ради нашей школы и сколько еще ждет «отмашки»? Потому что здесь у них появляется шанс продолжить спортивную жизнь после «Оптимиста».

В некоторых регионах лодок, кроме «Оптимистов», вообще нет. Сколько родителей в состоянии купить ребенку 29er и вывозить детей на сборы? Ну, двое, ну, трое на целый регион, а то и на страну. В Тольятти, например, есть чудесные экипажи, частично есть матчасть, но у родителей нет возможности оплачивать дорогостоящую подготовку – необходимые выезды, паруса, экипировку. Вот и разделяем спортсменов из экипажей по регионам для объединения возможностей всех сторон.

И еще, как же так получается, что в Питере своих тренеров недостаточно, а например, в том же Тольятти их много, и мы приглашаем их работать к нам? Ведь изначально в обоих городах спортсменов, потенциально имеющих возможность стать тренерами, достаточно, и в Питере их даже больше. А все просто там, где на спортсменов повышенный спрос на участие в коммерческих командах или проектах, где тренеров нет. А там, где нет спортивной коммерции, многие достойные спортсмены, напротив, идут в тренеры: вот ответ на ваш вопрос, добро или зло частные гоночные команды. Для возможности спортсмена обеспечивать семью, наверное, добро, а для системы начальной подготовки они – в больших количествах – несомненное зло. В какой-то момент я сама с удивлением для себя это отметила. Раньше как-то не задумывалась.

О преемственности кадров

В этом году новый «парусный» набор в Национальный государственный университет имени П.Ф. Лесгафта – самый большой за последние десять лет, сразу двадцать восемь человек. Может быть, удастся переломить ситуацию с нехваткой кадров, пойдут спортсмены на тренерскую работу, но здесь все не так просто. Спортсмен, которого учил хороший, правильный тренер, сам обычно становится хорошим тренером. Куда как хуже, когда недоучки плодят недоучек. Слабое тренерство порождает за собой следующую волну такого же слабого тренерства.

В Университет П.Ф. Лесгафта спортсмен поступает еще тогда, когда находится в активной спортивной деятельности, гоняется в молодежных классах. За это время он еще сильно занят собственной гоночной карьерой, ему особенно некогда учиться. И он берет, в основном, то, что вкладывает в него личный тренер. И, как следствие, покидает институт, получив лишь 10-15% от нужного запаса знаний, а остальное – то, что успел дать личный тренер. Поэтому роль последнего по-прежнему остается высокой, главенствующей, я бы сказала.

И поэтому разрыв тренерских поколений не удастся быстро компенсировать. Парусный спорт очень похож на хорошее вино: чем дольше зреет, тем лучше становится. Спортсмены у нас очень «долгоиграющие». То же самое и с тренерами. Им надо постепенно наработать свой опыт (методом проб и ошибок), а отставание от зарубежных коллег у нас колоссальное.

Ведь что вообще такое успешный спортсмен (и тренер)?

По большому счету это два фактора – Божья искра и трудолюбие. Спортсмен без пахоты – это никакой не олимпиец. Вся спортивная жизнь должна быть полностью подчинена этой работе, двадцать четыре часа в сутки. А мы убрали умевших пахать «стариков» и получили полный провал. Рухнула налаженная система работы, которую теперь так до конца и не удалось настроить. В период 2013-2014 годов, когда Е. Скудина в президиуме ВФПС отвечала за спорт высших достижений, спортсмены старше двадцати четырех лет объявлялись «неинтересными». Ставка делалась исключительно на совсем молодых – «команда мечты» к Олимпиаде-2024. Тогда Ян Чех и Иван Зотов, Сергей Комиссаров были названы «старыми» спортсменами, их пытались убрать как бесперспективных. Елена Воробьева в итоге вообще поменяла страну и теперь выступает за Хорватию. Но несмотря на такую политику, эти спортсмены доказали свое право быть в олимпийском парусном спорте и день ото дня продолжают расти.

Так что взять и повторить сейчас Машовца и Коваленко – не получится. Нужны годы. Здесь у нас настолько огромный комплекс проблем, что даже тяжело сравнивать. Необходимо привлекать зарубежных тренеров. Причем, тренеров первого ряда – тех, кто воспитывает успешных спортсменов. Мы по некоторым статьям отстали настолько далеко, что никакой гениальный тренер-самоучка не может это исправить. Тем более, что в настоящий момент в стране нет ни научной, ни методологической работы.

Не для кого ведь не секрет, что топовые тренеры и спортсмены работают с заводами-изготовителями напрямую и получают ту матчасть, которая им нужна. Все же остальные гонщики получают то, что не выбрали лучшие. А мы же на этой грядке и вовсе в пятом десятке. (Правда, имеются позиции, где есть и у нас прямой доступ к производителям. Топовые спортсмены из нашего кайтсерфинга уже напрямую работают с производителями. Но пока это кайт и только кайт.)

Но и хорошее финансирование само по себе не значит ничего: деньги имеют значение, но не решают все. Если подход к работе – бестолковый, то деньги ничего не дадут. Без денег в нашем виде спорта нельзя сделать ничего, но и их обилие вовсе не гарантирует успеха.

Школа «Крестовский остров» – первая годовщина школы

Когда мы затевали школу, то рассчитывали максимум на 150 спортсменов. В прошлом ноябре при первом наборе их было сто. А с нового года – уже 240! Мы расширили госзадание, в  июне у нас стало уже 250 яхтсменов за счет гонщиков высших спортивных достижений. Спортсмены перешли из других организаций, переехали из других городов. Поток растет и растет, со следующего года набор будет расширен, в Школе будут тренироваться уже 320 спортсменов.

 Мы арендуем помещения в соседних школах для чтения курсов, арендуем бассейн для маленьких детей. Но, по сути, надо строить новую школу: матчасть уже с трудом помещается во дворе, а на на следующий год закуплено будет еще много лодок. Так что нам выделили второй участок, сейчас идет проектирование, года через два-три у Школы будет новое помещение. Приезжал губернатор – убедился в наших результатах.

Но чтобы создать такое бюджетное учреждение надо было приложить немало усилий. Это было огромное количество бумажной работы: с апреля 2017 года – пять месяцев кропотливейшей бумажной работы. Я раньше не имела дел с открытием госшкол никогда и еще год назад о многом не подозревала: государственное регулирование – очень сложная вещь.

Но я радуюсь, видя плоды наших трудов. Работа была начата с нуля. Собраны те, с кем мне интересно работать: этих людей даже в отпуск не выгнать. Работы очень много, работаем по 12 часов в сутки. И сейчас я могу только благодарить тех, кто не допустил меня и дальше работать со сборной – иначе не было бы этой школы. Самореализация здесь меня устраивает много больше, чем в сборной. Здесь – коллектив единомышленников, реализовать задуманное можно гораздо успешнее.

За год работы мы добились значительных успехов, собираем медали практически на каждом соревновании в России. «Оптимисты» – мы первые в мальчиках и девочках. Первенство России – у нас только в классе «Лазер 4,7» девять медалей из 12, а еще и в остальных классах победители и призеры. В Таганроге на первенстве России на подиуме стояла ВСЯ наша команда – шесть золотых наград, три серебра, три бронзы. На Чемпионате России в олимпийских классах – 8 медалей. Есть успехи и на официальных международных регатах. Но это только начало, еще много чего предстоит сделать.

5

Опять на каторгу…

Георгий Шайдуко, ЗМС, призер Олимпийских игр, многократный чемпион митра, Европы, СССР, России

Который уже год чемпионат России в Олимпийских классах проходил в Сочи (в царские времена город был реальной каторгой) на базе комфортной «Юг-спорт». И который год подряд мы видели проблемы ветра (вернее, его отсутствие). Иногда, чтобы спасти регату приходилось проводить гонки с восходом солнца у мацестинского моста, где пару часов работал утренний бриз.

На моей памяти в советские времена в этой акватории не провели ни одного чемпионата СССР. Приоритет всегда отдавался акваториям со стабильными бризами 10-20 узлов. Лучшие места проведения топовых регат были: Севастополь, Одесса, Таллинн, Клайпеде, Владивосток, Новороссийск, Таганрог, С Петербург, Рига. Лет 25 назад открылись Анапа и Геленжик.

Именно на таких акваториях возможно было с высокой вероятностью отобрать настоящих гонщиков, которые могли создавать конкуренцию на международном уровне. Основной конёк Сборной СССР был сильный ветер. Вопрос прихода спортсменов в первой десятке даже не обсуждался. Такие условия заставляли все команды работать дополнительно с ОФП, СФП, матчастью, тактикой и т.д...

Мне могут возразить, что нынешние чемпионы подтвердили звания, несмотря на слабые ветра и сложные условия. Но за ними идёт резерв и с ним необходимо работать, создавать скамейку запасных в этих гоночных условиях. Согласитесь, что сегодня чувствуется увеличение отрыва между первыми и вторыми номерами сборной. (Кстати, точно также тенденция и у наших лидеров на международном уровне.)

Конечно, вопрос финансирования сборных команд во все времена стоял очень остро. Но результата удавалось добиваться и на гречке с тушёнкой…
 

Резюме

Опрошенные нами компетентные специалисты достаточно ясно указали как на корневые проблемы сегодняшнего тренерского корпуса (и парусного спорта в целом), так и на возможные пути решения этих проблем. Попробуем вкратце систематизировать их выводы

Проблемы

1. Разрушение научной системы подготовки тренерских кадров.

2. Нехватка отечественных и зарубежных научных разработок.

3. Полное отсутствие преемственности тренерских поколений.

4. Недостаток критериев профессиональной пригодности тренеров.

5. Закрытость, изолированность работы сборной команды страны.

6. Отсутствие кадрового резерва в олимпийской сборной РФ.

7. Инфантилизм ряда спортсменов, их нежелание «впрягаться за результат».

Возможные пути решения

1. Создание специализированных спортивных лабораторий и кафедр.

2. Воссоздание компетентной и полноценно работающей комплексной научной группы.

3. Реорганизация централизованной подготовки тренерских кадров.

4. Открытость работы сборной, умение ее руководителей открыто говорить о положении дел в команде.

5. Гласность как в части критериев профессиональной пригодности тренеров сборной, так и оснований для их назначения.

6. Восстановление (в той или иной части) забытой комплексной системы подготовки сборной времен СССР.

7. Введение системы личной ответственности руководителей федерации, сборной, конкурсной комиссии за выбор тренеров сборной, результаты их работы, спортивные показатели команды.

Опубликовано в Yacht Russia №11/113, 2018 г.

Популярное
Oyster. Подъем с глубины

Всякое время и всякое дело имеют свои символы. Нередко в качестве вечных символов называются архитектурные сооружения: Кремль, египетские пирамиды, Тауэр, Биг Бен. Часто в качестве понятных знаковых вещей упоминаются некоторые бренды, символизирующие те или иные качества товара и обладающие очень высокой – а порой и вовсе «незыблемой»! – репутацией высококлассных изготовителей. Например, автомобили Bentley. До недавнего времени к таким незыблемым брендам относилась и британская компания Oyster Yachts, яхты которой считались образцом качества, надежности и долговечности. Однако все изменилось…

Идеальная яхта для дальнего плавания

Если вы запланировали круизную прогулку на яхте, то, скорее всего, уже решили, через какие именно экзотические места будет пролегать ваш маршрут. Однако подобрать судно для путешествия не так-то просто. Наши эксперты знают, на что нужно обращать внимание при выборе подходящей яхты

Мотылек с острова Дьявола
Он был преступником. Арестантом. Заключенным. И бежал снова и снова. Его ловили, а он опять бежал. Потому что... Жить, жить, жить! Каждый раз, находясь на грани отчаяния, Анри Шарьер повторял: «Пока есть жизнь, есть надежда».
Неоконченная кругосветка Сергея Жукова

Сергей Жуков в одиночку дошел до Австралии на собственноручно построенной яхте... и там потерял ее. Но главное - остался жив и не расстался с мечтой о кругосветном путешествии

Борода - краса и гордость моряка

Издавна считается, что борода моряка - символ мужской силы, отваги, воли, мудрости, гордости. Особенно если эта борода шкиперская, фирменная.

Дауншифтинг под парусом, или В плену стереотипов

Бытует мнение… И пусть оно ошибочное, оно все равно бытует. Путешествовать на яхте могут себе позволить только миллионеры. Купить яхту это безумно дорого, а уж жить такой жизнью это вообще только олигархам доступно.

Дональд Кроухерст: лестница вниз

Его называют мошенником чаще, чем героем. Его судьба неразрывно связана с первой безостановочной кругосветной гонкой 19068-1969 годов. Он пропал в океане...

Жизнь на яхте

Все чаще мы узнаем о том, что кто-то из сограждан, устав от жизни на берегу, бросил налаженный быт, приобрел яхту и отправился в море, выбрав себе (а, порой, и семье) судьбу морского скитальца. Что это – форма эмиграции, эскапизм, здоровый авантюризм или своего рода впадение в детство, когда игра в кораблики важнее реальных проблем? Ради чего люди разрывают привычные стереотипы?

Гром и молния!

В гавани, на якоре или в открытом море – в любом случае встреча с грозой для яхтсмена является сильным переживанием. Неготовность к этой встрече только усиливает негативные эмоции. 

На якорь – без стресса!

Поскольку спокойный отдых на якорной стоянке относится к важнейшим вещам во время плавания под парусами, то мы попытались систематизировать все ключевые моменты, касающиеся постановки на якорь. К тому же, у каждой лодки свои особенности выполнения маневров постановки на якорь…