300 лет
Питкерн. Заход разрешен. В принципе…
Яхтенная семья, известная как TRAVELY FAMILY, это Андрей и Марина Клочковы и их дочери – Наталья, Настя и Лада. Мы уже побывали с ними на острове Пасхи (YR 1–2/2019), и вот следующая остановка. Остров Питкерн – это история самого известного бунта на корабле и родина самой маленькой демократии в мире. А еще теперь мы знаем, почему на остров почти не заходят корабли и яхты…
Остров Баунти. Место высадки . Место высадкиОформляемся...Мы, полисвумен и другие...Пирс Баунти БэйНа тузике к яхтеПотомки на пирсеТедсайд

Текст Марины Клочковой

Одинокий остров

2 июля 1767 года 15-летний гардемарин, сын майора Питкерна, заметил с корабля Swallow высокий остров. И был страшно горд, когда заросшая джунглями базальтовая глыба получила его имя. Вот бы высадиться, но волны так яростно бились о скалы, что первооткрыватели на это не решились. А еще на борту не было хронометра, и, довольно точно указав широту острова, капитан Филипп Картерет отметил его долготу на 3 градуса 24 минуты западнее реального положения. Эта погрешность в 188,4 мили сыграла в судьбе острова решающую роль.

До выхода в кругосветку я ничего не слышала об острове Питкерн в отличие от граждан Британского содружества, которым с пеленок известна его история. Впрочем, неудивительно, ведь Питкерн – единственная британская заморская территория в Тихом океане.

Вообще, по субъективным оценкам нашего экипажа, вовсе не жители острова Пасхи самые оторванные от остального мира люди. Таковыми являются их ближайшие соседи, что живут на скале два на четыре километра в 1200 милях к западу. На остров Пасхи регулярно заходят корабли, туда несколько раз в неделю летают самолеты, а на Питкерне нет аэропорта и корабли снабжения появляются лишь четыре раза в год, в конце каждого сезона, в остальное время к 50 островитянам заглядывают лишь редкие круизные лайнеры и парусные яхты.

Поблизости от Питкерна есть три необитаемых острова: атоллы Дьюси, Оено и коралловый остров Хендерсон, вместе они составляют группу островов Питкерн.

Легенда о «Баунти»

Неприступные берега, что возвышаются более чем на 300 метров над океаном, и есть единственный в своем роде остров «Баунти». И он имеет весьма отдаленное отношение к кокосовому раю.

В канун Рождества 1787 года судно «Баунти» под командованием лейтенанта Уильяма Блая отправилось из Англии на Таити за саженцами хлебного дерева. Его плодами хотели кормить рабов вест-индийских плантаций. 10-месячное плавание было тяжелым. Больше месяца «Баунти» пробивался из Атлантики в Тихий через встречные шторма мыса Горн, измученная команда роптала. Капитан вынужден был сдаться и идти на Таити через Индийский океан. Таитянцы обрадовались кораблю: местный король помнил Блая еще по визиту капитана Кука, которого на острове очень почитали. Если бы райский остров не принял моряков столь радушно, «Баунти» благополучно вернулся бы в Англию, а остров Питкерн так бы и остался приютом редких китобоев.

На Таити «Баунти» пробыл пять месяцев. Пока саженцы готовили к пересечению половины мира, команда разлагалась под тропическим солнцем. Прекрасные женщины были наги и доступны, еда падала под ноги, а солнце щурилось сквозь кокосовые пальмы. Накануне отплытия в Англию капитан Блай пришел в ужас от того, во что превратился его экипаж, и основательно закрутил гайки. И перестарался. Часть команды была готова на что угодно, лишь бы остаться в тропическом раю. Зеленые горы Таити исчезали за горизонтом, а Уильям Блай пытался поркой привести команду в чувство. Несладко пришлось и офицерам, особенно бывшему протеже капитана, молодому Флетчеру Кристиану.

Через три недели после отхода с Таити, 28 апреля 1789 года, на «Баунти» вспыхнул бунт. Флетчер Кристиан и его сподвижники высадили капитана с восемнадцатью верными ему людьми в открытую 23-футовую лодку, следом за борт полетели две тысячи драгоценных саженцев.

Умирающие от истощения Блай и его моряки через 46 дней доберутся до голландских колоний, а «Баунти» между тем вернулся на Таити. Понимая, что мятежников в первую очередь будут искать именно здесь, Кристиан убеждал команду найти другой остров. С его доводами согласились лишь восемь моряков, к ним примкнули шесть полинезийцев. На поиски нового рая удалось увезти всего двенадцать таитянок, и сей гендерный дисбаланс в дальнейшем принес компании большие проблемы.

Мятежники набрели на остров Питкерн, сожгли и затопили корабль и принялись делить территорию и женщин. Итог печален – за четыре года Кристиан утратил свою власть и был убит восставшими полинезийцами. К 1799 году все мужчины, кроме двух – некоего Янга и некоего Адамса – поубивали друг друга. Янг по корабельной Библии научил Адамса читать и тоже почил. А Джон Адамс проникся библейскими идеями и сделал из отпрысков бунтарей и людоедок образцово-показательную общину. Он учил детей грамоте и земледелию и заправлял женским взводом.

Джона Адамса с девятью женщинами и 23 детьми обнаружили только в 1808 году. Имя отца и наставника нации увековечено в названии единственного поселения острова Адамстауна. Остов «Баунти» до сих пор покоится на глубине около 10 метров в одноименной бухте. Заветная Библия хранится в местном музее. Потомки мятежников разбросаны по Новой Зеландии, Австралии и Британии. Остатки же сообщества дружно доживают век на своем изобильном острове. Помимо английского сообщество говорит на собственном питкернском языке, который вырос из моряцкого жаргона XVIII века и певучего таитянского говора.

Как добраться?

На Питкерн сегодня заходит до 25 яхт в год, и почти все они прибывают от острова Пасхи или с Галапагосов. Остров лежит в зоне переменных ветров, но близко к пассатным широтам. Его удобно навещать по пути во Французскую Полинезию в конце сезона штормов. На пути между островом Пасхи и Питкерном нам достался встречный 20-узловой ветер. Порой налетали шквалы до 35 узлов, а уже на самом подходе разыгрался такой шторм, что пришлось уходить на север, к острову Хендерсон.

В доевропейские времена здесь жили люди, на память потомкам они оставили петроглифы. С юго-востока остров Хендерсон – а это 86 % всей суши архипелага – открывается за восемь миль низкой полосой. Ожидаемо скучный пейзаж вдруг расцвечивается зеленью деревьев, гротами и коралловым песком пляжа. Глубина со 100 метров перескакивает на шесть. Остров Хендерсон – объект всемирного наследия ЮНЕСКО, а территория вокруг него – один из самых больших морских заповедников в здешних водах. Легально высадиться на остров можно лишь по специальному разрешению с Питкерна.

Но нас ждал другой остров. Напрягало то, что на Питкерне нет ни одной защищенной якорной стоянки и от перемены ветра можно укрываться только в тени острова. Так что важно всегда мониторить 16 канал VHF и выходить на связь с островом при каждом изменении планов. Так мы поступили и вначале…

Рация радушно откликнулась женским голосом. Мы сообщили о приходе и спросили, с какой стороны лучше встать на якорь. И нас ничем не порадовали.

Вообще, на берег тут можно выйти только в двух местах. Главное место высадки – Баунти-Бэй, открытая бухта на северо-восточном берегу. С моря тут видна длинная крыша лодочного ангара. Южнее бухты торчит Адамс-Рок – одинокая скала, увенчанная пальмой. Глубины – около 15 метров. Якорем необходимо целиться в песок и выкладывать не меньше пятикратной глубины. При этом на любой стоянке яхта брыкается, как в открытом море. Чтобы она стояла стабильно к ветру, мы оставляли поднятую бизань в диаметральной плоскости.

Западные стоянки укрывают от ветров восточных румбов. В спокойную погоду можно высадиться на Тедсайд, откуда к Адамстауну круто в гору ведет грунтовая дорога. В тот единственный раз, что мы высаживались здесь, нам крупно повезло: у берега рыбачила семейная пара. У них были крепкие руки и два квадроцикла.

Вылазка на берег

«Леди Мэри» блуждала вокруг острова в надежде на чудо. Чудо произошло на третий день. В Баунти-Бэй мы высадились в два захода – сначала я, потом дети. Чем легче шлюпка и мощнее мотор, тем легче проскочить через прибой. Еще надо пригнуться и вцепиться в борта всеми конечностями.

Гавань защищает от опрокидывающихся волн весьма условно, и любую лодку сразу убирают на берег. Местные «лонг-боат» лебедками затягивают по рельсам в ангар. Маленькие шлюпки водружают на бетонный пирс краном.

За истекшие двое суток, наполненных радиопереговорами, начальник полиции и вице-мэр настолько с нами сроднились, что встреча на пирсе началась с объятий.

В апреле 2002 года на Питкерн на яхте «Апостол Андрей» заходил Николай Литау. Он писал в дневнике: «На причале осталась внушительного вида молодая женщина. Она… вызвалась довезти нас к поселку. Она заняла место водителя, в корзину над рулем посадила двух малышей 1,5 и 2,5 лет».

Сегодня малышам, Джейдену и Кимьоро, 18 и 19 лет, а их мать, та самая внушительного вида женщина, теперь вице-мэр острова. Парни были нашими ангелами-хранителями все двенадцать дней: помогали грузиться в гарцующий тузик, переправляли наших детей и овощи, подвозили до деревни и обратно.

Они уже не живут на Питкерне, а приехали сюда лишь на год после школы, побыть дома и помочь по хозяйству. Отток молодежи – главная проблема маленького рая. Сейчас на острове три ребенка. Они учатся в местной школе Пулау, а в тринадцать уедут в школу в Новой Зеландии и три-пять лет не появятся на Питкерне. Увы, расписание корабля снабжения не дает детям возможности навещать свой дом. Судно отправляется на Питкерн, когда учебный год еще не кончился, а второй раз – когда учеба уже в разгаре.

Без формальностей никак

На квадроциклах нас доставляют на главную площадь Адамстауна – крытый двор между церковью, клубом, почтой и казначейством. Нас встречают два ряда пластиковых столов и большой якорь легендарного «Баунти». Еще на нас надевают бусы из семян и угощают фруктовым коктейлем. Саймон, казначей и оформитель, вручает пакет мандаринов, а дети получают еще и домашнее банановое мороженое.

– Вы всех так встречаете? –  интересуюсь я у вице-мэра.

Шарлин широко улыбается:

– Да!

И вот иммиграционные карточки заполнены, подпись под заверением, что мы не сидели в последнее время в тюрьме, поставлена.

Сбор за выход на землю (Landing fee) составляет $50 с человека вне зависимости от возраста.

– Дату ухода впишете сами, только не забудьте, – говорят нам, напоминая, что разрешение дается на две недели.

Остров густо покрыт садами и лесом. Можно гулять везде, кроме мест с надписью «частная территория». Бананы падают на тропинки, мандарины валятся с неба, манго доедают осы. Все, что упало, можно забрать себе.

Магазин работает по часу в воскресенье, понедельник и вторник, но продавщица Олив Кристиан открывает его специально для нас. Увидев здешние цены, новозеландские, без накруток, мы закупаем все – от консервов до сухого молока. У дверей выстраивается очередь из квадроциклов, чтобы доставить провиант к причалу. К магазинным товарам мы добавляем два ящика овощей и фруктов за 35 долларов…

Тедсайд или Баунти-Бэй?

Прочитав десятки книг о Питкерне, включая рассказ Джека Лондона «Потомок Маккоя», я убеждаюсь, что сойти на берег четыре раза за неделю – есть факт невероятного везения. Высота зыби настораживает, ветер стремительно меняется. Мы ночуем на тихом юге, а днем перебираемся в Баунти-Бэй, чтобы вечером снова бежать на юг или запад.

Цепь цепляется за кораллы, волны заливают нос. Время ограничено, 200 долларов с экипажа уплачено, остров беспримерно красив и дружелюбен, и мы используем любую возможность, чтобы выйти на берег.

Лишь однажды, высадившись с запада, на Тедсайде, мы решили, что лучше уж Баунти-Бэй. Хотя нам повезло: учительница с мужем как раз приехали рыбачить. Но вместо рыбы пришлось ловить нас. Не с первого раза на скользкий пирс выкинули младшую юнгу, затем выползла старшая, а за ними, ловя верхнюю фазу волны, вылезла я. Но приключения только начинались. Тяжелую пластиковую шлюпку с мотором закинуть высоко на бетон трудно, и сначала капитан тщетно пытается растянуть тузик между якорем и веревкой с пирса. Но… Пенная волна обрушивается на лодку. Пластик противно скрипит, зацепившись за край бетона. Шлюпка встает на дыбы и погружается в воду, кэп летит между скамейками. Короче, оставлять лодку на воде – значит ее потерять.

Тузик мы вызволяли из воды больше часа. А потом капитан полдня провел за ремонтом двигателя, но все же успел подняться с нами на высшую точку острова.

К вечеру на помощь подоспели местные жители. Отчаливали мы по схеме… Запуск двигателя, шлюпка кормой к воде. Затем ожидание подходящей волны – та приподнимает лодку, и мы резко разворачиваем ее носом к волне. Мы начинаем считать волны. Одна, вторая, третья… Отталкиваемся от пирса, чтобы тузик не закинуло краем на бетон.

– Давай! – машут с берега.

И мы даем. Надо успеть между самыми большими волнами выскочить за линию прибоя. Обычно период составляет 5–6 волн. Шлюпка тяжело подскакивает. Шмяк, шмяк, шмяк… –  шесть шмяков. Сейчас придет волна-убийца, но мы уже вне опасности. Яхта болтается, как неваляшка. Выбрать высокий подскок тузика, чтобы уцепиться за привальный брус и залезть на палубу.

Занавес.

Торговля и суперъяхта

В век процветания филателизма основной доход в бюджет Питкерна приносили почтовые марки. Сейчас островитяне живут туризмом и продажей отличного меда, – говорят, его любит даже английская королева. В сезон на Питкерн захаживают туристические лайнеры. В доинтернетовскую эпоху их приход был единственным приветом из другого мира: люди, новости, модные журналы. И возможность заработка. В эту субботу вся страна ждет суперъяхту, и распорядок дня граждане Питкерна, включая время церковной службы, подстраивают под ее приход. Жители радостно готовят сувениры и трапезы.

Вот показались белые высокие мачты. Яхта Wind Rose крадется поодаль от берега. Капитан оценивает обстановку и… решает следовать дальше, о чем и сообщает островитянам по рации.

Но Wind Rose ждали не просто так, она должна забрать представительницу губернатора, которая отбывает в Новую Зеландию. Половина населения, смахнув слезу, грузятся на борт железной быстроходной лодки вместе с чиновницей, надеясь успеть продать сувениры.

Помимо прихода судна из развлечений на острове есть бар, где вечерами потягивают пиво пара завсегдатаев, включая самого владельца – диковатого добродушного громилу по имени Пол Янг.

Сделать на Питкерне!

Искупаться с маской в природном бассейне Полс-Пул на юго-востоке острова – это искушение и приключение. По пути туда вас ждут колонны и причудливо торчащие скалы, рыбки и гроты, а идти лучше поутру, пока солнце освещает все изгибы светлого дна.

Что еще нужно сделать на Питкерне?

Подняться по скале в пещеру Кристиана, откуда предводитель обозревал океан, опасаясь прихода британского корабля.

Поужинать в местном доме под разговоры с хозяйкой – $20 и шведский стол. Очень хорош десерт из пирога с гуавой и мороженого.

Попасть в школу на урок родной культуры, чтобы послушать гимны Питкерна под аккомпанемент укулеле и сплести корону из пандануса.

Побывать на службе в церкви Адвентистов седьмого дня. Это единственная возможность увидеть граждан нарядными. Вдохновенно петь псалмы под караоке и со всеми обниматься.

Навестить Миз Ти – гигантскую галапагосскую черепаху по дороге от Тедсайда к Адамстауну. Когда-то ее вместе с четырьмя сородичами подарили Питкерну, но с потомством не сложилось. И старушка доживает свой век одна.

Съездить на общую рыбалку!

Отложить отплытие на полсуток, чтобы отпраздновать День Питкерна.

День Питкерна

Его празднуют 2 июля, в день открытия острова. С утра народ организованно едет на рыбалку. Нас тоже берут. Женщины подтаскивают корзины со снастями и перекусом. Мужчины спускают по рельсам огромную лодку с глубоким закрытым трюмом. Посредине палубы водружают скамейку – это для дам. Лодка, ревя моторами, выскакивает за линию прибоя.

Две троллинговые удочки спущены с кормы, мы курсируем метрах в 500 от берега, и битый час никто не зарится на силиконовых кальмаров. И тут лодка резко сбавляет ход, а мэр быстро крутит катушку. Ловкий взмах крюка – и р-раз! –  жирный тунец отправляется в короб для рыбы, а мы снова мчимся через соленые брызги. Скоро в короб плюхаются еще два таких же тунца. Пора приступать ко второй части действа – рыбалке у рифа. Лодка подходит близко-близко к скале с юга острова, и все ловят рыбешку на кусочки тунцовых брюшек. Катушка, леска с крючком, грузило… Даже наша юнга возвращается с трофеями.

На берегу мужчины разделывают тунцов, женщины – рыб помельче. Кухарки уходят жарить и мариновать улов, а вечером – пир. Вице-мэр Шарлин открывает праздник, который совпадает с нашим отплытием. В знак благодарности за невероятно теплый прием мы вручаем питкернцам юнгину картину – «Леди Мэри» на закате». Пейзаж украсит стену местного клуба, где уже висят дары разных экипажей, начиная с 60-х годов прошлого века.

О пиршестве. Полинезийское севиче из тунца в кокосовом молоке, жареная в кляре рыба, чипсы из хлебного дерева, тушенные в кокосах бананы, салаты, названий которых мы не знаем... Блюда настолько разнообразны, что место в животе кончается раньше, чем еда, которую хочется попробовать.

Уютные ароматы, беседы и смех за общим столом усиливают желание стать частью этого дружного мирка. Но нам пора в путь. Мы обнимаемся на прощание с каждым жителем. После заката «Леди Мэри» отплывает на архипелаг Гамбьер. Огни острова Щедрости («Баунти» в переводе с английского значит «щедрость») еще долго подмигивают нашей грустной юнге.

Местный колорит

* В Питкернской конституции есть закон, запрещающий сплетни. Штраф за нарушение – 50 долларов.
* Носить фамилию Кристиан на Питкерне наиболее почетно.
* Помимо потомков мятежников на острове по одному году живут «контрактники» –  учитель, полисмен и врач с супругами.

Информация к размышлению
Валюта. Новозеландский доллар, принимают и американские.
Интернет. Можно купить в туристическом офисе, 10 $ в час.
Электричество. От дизельного генератора, с утра до обеда и потом с 6 до 10 вечера.
Вода. Дождевая, собирают в баки в течение года. На все хватает.
Прачечная. О стирке мы договорились с полисвумен и стирали у нее в доме.
Ремонт. Жители охотно помогут сделать мелкий ремонт подручными средствами.
Транспорт. Доставка с яхты в Баунти-Бэй на прочной лодке островитян формально стоит $50.
Связь. «Если вы отправляетесь куда-то, обязательно держите при себе рацию, включенную на 16-м канале!» –  написано на доске объявлений. Рация заменяет сотовый телефон. В каждом доме и на главной площади она всегда включена. Любой семье доступны бесплатные звонки по телефонной линии в Новую Зеландию, и уехавшие на учебу дети звонят домой, когда захотят.

Опубликовано в Yacht Russia №4/117, 2019 г.

Популярное
Идеальная яхта для дальнего плавания

Если вы запланировали круизную прогулку на яхте, то, скорее всего, уже решили, через какие именно экзотические места будет пролегать ваш маршрут. Однако подобрать судно для путешествия не так-то просто. Наши эксперты знают, на что нужно обращать внимание при выборе подходящей яхты

Oyster. Подъем с глубины

Всякое время и всякое дело имеют свои символы. Нередко в качестве вечных символов называются архитектурные сооружения: Кремль, египетские пирамиды, Тауэр, Биг Бен. Часто в качестве понятных знаковых вещей упоминаются некоторые бренды, символизирующие те или иные качества товара и обладающие очень высокой – а порой и вовсе «незыблемой»! – репутацией высококлассных изготовителей. Например, автомобили Bentley. До недавнего времени к таким незыблемым брендам относилась и британская компания Oyster Yachts, яхты которой считались образцом качества, надежности и долговечности. Однако все изменилось…

Мотылек с острова Дьявола
Он был преступником. Арестантом. Заключенным. И бежал снова и снова. Его ловили, а он опять бежал. Потому что... Жить, жить, жить! Каждый раз, находясь на грани отчаяния, Анри Шарьер повторял: «Пока есть жизнь, есть надежда».
Неоконченная кругосветка Сергея Жукова

Сергей Жуков в одиночку дошел до Австралии на собственноручно построенной яхте... и там потерял ее. Но главное - остался жив и не расстался с мечтой о кругосветном путешествии

Дональд Кроухерст: лестница вниз

Его называют мошенником чаще, чем героем. Его судьба неразрывно связана с первой безостановочной кругосветной гонкой 19068-1969 годов. Он пропал в океане...

Борода - краса и гордость моряка

Издавна считается, что борода моряка - символ мужской силы, отваги, воли, мудрости, гордости. Особенно если эта борода шкиперская, фирменная.

Дауншифтинг под парусом, или В плену стереотипов

Бытует мнение… И пусть оно ошибочное, оно все равно бытует. Путешествовать на яхте могут себе позволить только миллионеры. Купить яхту это безумно дорого, а уж жить такой жизнью это вообще только олигархам доступно.

Жизнь на яхте

Все чаще мы узнаем о том, что кто-то из сограждан, устав от жизни на берегу, бросил налаженный быт, приобрел яхту и отправился в море, выбрав себе (а, порой, и семье) судьбу морского скитальца. Что это – форма эмиграции, эскапизм, здоровый авантюризм или своего рода впадение в детство, когда игра в кораблики важнее реальных проблем? Ради чего люди разрывают привычные стереотипы?

Гром и молния!

В гавани, на якоре или в открытом море – в любом случае встреча с грозой для яхтсмена является сильным переживанием. Неготовность к этой встрече только усиливает негативные эмоции. 

На якорь – без стресса!

Поскольку спокойный отдых на якорной стоянке относится к важнейшим вещам во время плавания под парусами, то мы попытались систематизировать все ключевые моменты, касающиеся постановки на якорь. К тому же, у каждой лодки свои особенности выполнения маневров постановки на якорь…