Неизведанная Нормандия
Это побережье привлекает яхтсменов не только своими скалистыми берегами, но и устьями крупных рек и старинными городами. Сколько чартерных яхт побывало в этих местах в период пандемии, неизвестно, но в гаванях было тесно
Знаменитые белые скалы Этрета Порт городка Онфлёр – красивейшее место на всем нормандском побережье Шлюз защищает рыбацкий город Фекамп от неспокойного моряМонастырский остров Мон-Сен-МишельФекан. Уютный рыбацкий городок с галечным пляжемКан и Уистреам. У городского замка  есть хорошая маринаСтаринная деревянная лодка с латинским парусом лавирует между скалами Шозе

Текст Андреаса Фритча

Прямоугольная гавань французского городка Онфлёр рассчитана на 50 яхт, и она была полна. Вокруг теснились разноцветные дома с черепичными крышам. Казалось, они пребывают в неустанной борьбе – не первый год и не первое столетие – за каждый свободный метр. На брусчатке между домами и водой подпирают друг друга рестораны. Их много, и ни один из них не посетует на отсутствие посетителей. Официанты ставят на столики выдержанное вино и блюда с мидиями. И здесь же, рядом, фахверковая церковь с выступающими из стен деревянными балками. Все очень колоритно.

Послеполуденное солнце окунает средневековые фасады в теплые желтоватые тона. Уличный шум не стихает целый день – люди гуляют, пьют, веселятся. За столиками кафе преимущественно местные жители, что и понятно – пандемия.

Нам пришлось ждать около часа, пока управление порта не подняло складной мост и не пропустило нас в гавань. Мы здесь редкие гости, и не только из-за коронавируса. Немцев в Нормандии вообще редко встретишь – они предпочитают южные курорты – Ривьеру или Корсику. То ли страшатся холодного климата, то ли дает знать память о минувшей войне.

Зато много туристов из Голландии, откуда пришли и мы. Арендовав яхту в Эймёйдене, за два дня мы прошли 150 миль вдоль нидерландского и бельгийского побережья, затем пересекли границу с Францией. С короткими переходами между французскими городами Дьепп и Фекан мы держим курс на Атлантику. Наш шкипер Андреас строго следует утвержденному маршруту. Нас ждут Канары и Карибские острова. Pogo 30 нас пока не подводит – от графика не отстаем.

Мы в предвкушении невероятного приключения. И хотя пока идем вдоль побережья, бдительность не теряем. Французские воды известны своими сильными течениями и порывистыми ветрами: кто плывет на запад – летит, на восток – ползет. Другая сложность заключается в том, что здесь очень большие приливы – уровень воды может достигать семи метров! Отсюда и большое количество шлюзов. Стоять в незащищенном месте вообще опасно. Обычно мы просыпались в пять утра, чтобы, пока не начался отлив, успеть выйти из гавани.

Вот мы и в открытом море. Солнце только что взошло. Природа просыпается. Повсюду рыбацкие лодки, симпатичные деревянные ботики. Французские рыбаки ловят устриц, чтобы продать их в ближайшей таверне, где их подадут только что проснувшимся горожанам. Хотя полакомиться устрицами лучше днем, как это сделали мы.

За соседними столиками крики и шум. Нет, это не те рафинированные французы, которые проводят каждое воскресное утро за чашечкой кофе с круассанами, обсуждая с соседями погоду. Здесь живут потомки викингов, как и значится в названии региона. А нормандцы люди суровые и громкоголосые. На чужаков они смотрят косо – не любят.

Онфлёр – одна из жемчужин северного побережья Франции. Мы заранее ознакомились с расписанием работы порта и шлюзов, забронировали стоянку. Все удобства в наличии: электричество, заправка, питьевая вода, душ. Французы очень любят парус и не скупясь тратят на него деньги.

Большинство портов в Нормандии хорошо защищены, будучи укрыты внутри материка, так что войти в них можно только через каналы. Здесь можно спрятаться от любой непогоды.

Одного не хватает нормандскому побережью, чтобы быть идеальной парусной акваторией, – островов. Нет, они здесь есть, но большинство настолько малы, что их сложно разглядеть даже на карте приличного масштаба.

К слову, обязательный 14-дневный карантин мы хотели провести на необитаемом острове, но искали это укромное местечко очень долго. Нашли же прибежище мы на одном из крошечных островков архипелага Шозе, о котором в Интернете оказалось, на удивление мало, информации.

Солнце уже высоко. Небо расчистилось. Мы поставили геннакер и мчим по волнам. Соленый ветер срывает кепки. Вода бурлит и сверкает.

Мы отдались во власть ветру, и нас унесло так далеко от берега, что его уже не видно. Но останавливаться не хочется, и мы с утра не дотрагиваемся до парусов и штурвала. Как же приятно идти длинным галсом. И время быстро проходит в беседе, особенно когда дело доходит до морских баек. Однако ночевать в море мы не собираемся, и потому – поворот фордевинд, и, лавируясь, мы возвращаемся к земле.

Показались очертания берега, желтая полоска превращается в скалы. Мы подходим к Фекану. Наш шкипер связывается с начальником порта по радио, чтобы прояснить вопрос с глубиной. У Pogo 30 осадка более четырех метров, поэтому не любая стоянка нам подходит. Увы, сегодняшнюю ночь придется провести вдали от города – отливы рекордно большие.

На следующее утро, когда подошла вода, мы вошли в порт. Маленький Фекан был когда-то крупнейшим местом добычи и сбыта рыбы. Но это город не только рыбаков, но и ремесленников. И те и другие оставили о себе память в убранстве Фекана.

Пошатываясь от многочасовой качки, мы бродим по улицам. Тарахтящие фургончики развозят свежий хлеб и молоко. Официанты накрывают столы. А рыбацкие лодки все подходят и подходят, полные морской живности.

В Фекане есть замечательный Музей рыболовства, в который, несмотря на связанные с пандемией ограничения, можно попасть по предварительной записи. Там вам поведают о многовековой истории рыбного промысла Франции – некогда основного дохода людей в этих местах, и о самом Фекане.

По легенде, в I веке к берегам Ла-Манша прибило сундук из фигового дерева с кровью Христовой, собранной Иосифом Аримафейским, в чью гробницу положили Иисуса. На этом месте и возник Фекан, где в память о чудесном обретении нормандский герцог Ричард II в 1001 году основал бенедиктинское аббатство, а в 1899 году возвели целый дворец в честь старейшего католического монашеского ордена (www.benedictine.com). Ну менее искушенным туристам наверняка знаком ликер «Бенедектин», он родом из Фекана.

Когда мы вернулись на пристань, то не поверили своим глазам – наша лодка опустилась на несколько метров ниже причала. Вода уходила прямо на глазах. Вслед за другими судами мы поспешно покинули гавань.

Вновь мы идем вдоль отвесных скал и песчаных пляжей у их подножия. Роскошные виды Нормандии всегда привлекали людей искусства – мало кто не знаком с картиной Моне «Скалы в Этрета». Вдоволь насмотревшись на пейзажи французских живописцев, мы прибываем в Гавр – в устье главной реки Франции, являющейся ее символом, – Сены.

Если подняться по реке на несколько миль, вы попадете в Онфлёр. Позади остаются рыбацкие поселки, здесь начинается совсем другая Франция – страна кутежей и веселья. В городе много отелей, туристы жмутся у бассейнов, и коронавирус им не помеха. Рестораны и улицы забиты людьми, все стараются использовать временные послабления в карантине на полную катушку. Но маски практически у всех.

Из кокпита, потягивая пиво под сентябрьским солнцем, приятно наблюдать за людской суетой. Андреас беседует с голландцами с соседней лодки, они прибыли сюда чуть раньше нас и пребывают в полном восторге. Мы в этом с ними полностью согласны.

Вообще, все нормандские города похожи друг на друга, но это не убавляет им ни шарма, ни обаяния. Город шумит до поздней ночи, а потом ненадолго засыпает. В тишине раннего утра мы покидаем Онфлёр.

Следующая остановка – города-близнецы Трувиль и Довиль. Они разделены рекой, но по факту давно уже стали одним целым. Здесь проводится известный кинофестиваль – на пляже стоят памятные таблички с именами знаменитых актеров и режиссеров: Марлон Брандо, Брайан де Пальма, Киану Ривз… По улицам разъезжают Ferrari, сверкающие казино заманивают азартных гостей. Многие парижане приезжают сюда отдохнуть. Но все между двумя городами есть разница: в Трувиле налицо средневековая аутентичность, а Довиль с его роскошными виллами кажется более современным, он больше принадлежит XX веку. Но каждому свое, кого что привлекает.

Но мы идем дальше. Наша цель – увидеть подлинную Нормандию с ее полями, садами и стадами. Пройдя еще десяток миль вдоль побережья, у городка Уистреам, мы собираемся повернуть и мимо просторных песчаных пляжей, которые сменят леса и пастбища, подниматься по реке Орн до тех пор, пока не покажутся каменные стены монастыря Кан.

Нет, это не те ривьерские Канны, там двойное «н», это Кан – столица департамента Кальвадос, прославленного своими ликеро-водочными заводами. Местный сидр во Франции столь же популярен, как в Германии баварское пиво.

В море нас тревожит ветер. Скорость больше 9 узлов. Мы уже отдалились от берега на 14 миль и можем засвидетельствовать: эти воды – настоящая Мекка парусного спорта Франции. Нам встречается множество яхт самых разных классов: Figaro, Class 40, «Мини» и новейшие гоночные лодки – вершина французского кораблестроения последнего десятилетия. Здесь часто проводятся всевозможные соревнования с весомыми призами и крупными спонсорами.

Оказавшись в департаменте Кальвадос, как обойтись без того, чтобы побывать на одной из местных виноделен? Нам предстояла встреча с семьей Дюпон, которая владеет крупным поместьем и занимается производством кальвадоса (www.calvados-dupont.com).

На арендованном автомобиле мы едем через леса и поля. Мелькают деревни, животноводческие фермы. И вот мы въезжаем во владения семьи Дюпон – конца фруктовым аллеям не видно.

Директор Мари Маруа рассказывает нам о процессе производства кальвадоса. Его делают из разных фруктов – яблок, слив, груш. Смешивая сорта, получают сок, который потом с помощью солнца и сахара превращается в брагу. Получается сидр. Семья Дюпон владеет 60 гектарами земли и производит сотни тысяч литров алкогольных напитков в год.

Мари подчеркивает: в ассортименте их компании вино, шампанское, бренди, виски, но главную ставку они делают на сидр. Он очень популярен во Франции – без него не обходится ни один праздник, и все равно половина их продукции уходит за границу. И это прибыльный бизнес, чему следствие и порука авторитет их компании.

На обратном пути мы решили отдать должное еще одному местному развлечению – кайтингу. На ближайшем пляже мы получаем соответствующую экипировку и отправляемся в море. В порывах ветра мы мчимся на фоне ярко-красного заката. Прекрасное завершение дня.

С самого утра на пути к коммуне Шербур, расположенной на большом полуострове, мы стремились ускользнуть из объятий дождевого фронта – серые облака все плотнее стягивались на небе.

В гавани Шербура нам с трудом удалось найти себе место. Не мы одни решили укрыться в безопасном месте перед наступающей грозой. Пока мы второпях убирали вещи в каюту, хлестанул ливень. Что ж, скудный обед, койка, теплое одеяло – и усталость погрузила нас в сон.

Когда небо расчистилось, мы снова отправились в путь. Ненадолго остановившись в деревушке Барлейер, мы пообедали в местной таверне. Но ветер усиливался, поднимались волны, надо поторапливаться.

Обогнув мыс Ля-Аг, мы вышли в большой залив. Миновали маленький остров с забавным названием Татиху. Ветер стих, наша скорость снизилась до четырех узлов. Вечерело, эту ночь нам тоже предстояло провести на якоре. Завтра мы продолжим наше путешествие.

Утро нас встретило штормовыми порывами. Скорость Pogo возросла до 11 узлов. Мы идем сквозь Нормандский архипелаг, оставляя на траверзе острова Олдерни и Джерси с их замками и маяками.

Вокруг нас крошечные островки суши – это архипелаг Шозе, на протяжении веков являющийся «яблоком раздора» между Францией и Великобританией. Самый большой остров архипелага имеет длину меньше мили, но его не без иронии величают Гранд-Иль. Из камней, возвышающихся над водой, вырастает маяк. Гранитные скалы мерцают, отражая солнце. В центре острова есть гостиница с баром-рестораном. Небольшая пристань, окруженная рядом буев и камнями, спасает от сильной волны.

Яхта тут не годится, и мы арендуем динги, чтобы обойти Гранд-Иль, заглянуть в его маленькие бухты и пещеры. Отставной военный, который живет на этом острове, владелец ботика, предупреждает, чтобы мы были осторожнее. Но погода наладилась, вышло солнце. Настоящая идиллия для путешественника – исследовать маленькие острова и зарываться ногами в горячий песок, зная, что тебе предстоит еще много открытий.

Намахавшись веслами, мы с аппетитом пообедали в отеле. Его кафе расположено в дивном зеленом саду. Там мы и проводили ускользающее за горизонт солнце, любуясь лодками с латинскими парусами, на которых местные жители отправлялись на обязательную вечернюю морскую прогулку.

На Иль-Гранде нам рассказали, что когда-то на островах Шозе жили монахи, которые положили всю свою жизнь на строительство монастыря из гранита. Потом эти маленькие острова стали вотчиной контрабандистов, промышлявших в Ла-Манше. Позже Наполеон III приказал выстроить на островах крепость для защиты от англичан. Технический прогресс сделал эту крепость бесполезной, и про нее почти все забыли. Но ее отреставрировал Луи Рено, основатель одноименной автомобильной компании, и тем вернул островам Шозе известность.

Заканчивает французскую часть нашего путешествия монастырь Мон-Сен-Мишель – невероятной красоты замок, возвышающийся на скале над водой. Добраться сюда можно только на динги – большим яхтам ходить в этих водах запрещено.

Мы сделали остановку в порту Сен-Мало, и это уже Бретань.

Нормандия осталась позади, как и сотни пройденных миль. Пора идти дальше, чтобы неясные очертания, виднеющиеся на горизонте, превращались в острова, а буи – в маяки. Нас ждал Атлантика.

Информация о регионе

Как добраться. Чартер хорошо развит в этих местах – существуют международные компании, позволяющие взять лодку, например, в голландском Эймёйдене, а сдать лодку уже во Франции. Благодаря отличной автодорожной сети до нормандского побережья легко добраться из любой точки Европы, например, из немецкого Ахена на границе с Бельгией ехать около 800 километров.
Чартер. Французы, как и англичане, свято чтят традиции парусного спорта. Поэтому найти здесь лодку не проблема, но мы все же порекомендуем компанию Naviloс (www.naviloc.com), которая специализируется на акваториях Нормандии и Бретани.
Стоянки. Популярность паруса во Франции обусловливает интерес предпринимателей к этому спорту. Вас починят, накормят и заправят в любом порту. По рекам, впадающим в море, через систему шлюзов вы сможете откуда угодно добраться хоть до самого Парижа.
Погода. Летом ветра преимущественно северо-западные и западные, редко скоростью выше 8 узлов. Часто идет дождь, нередки и сильные грозы, так что лучше держаться ближе к берегу, чтобы успеть укрыться от непогоды, а то и от шторма, который может набрать силу за каких-нибудь полчаса.
Навигация. Шлюзы работают по расписанию. В море много рыбацких лодок, которых следует остерегаться. Для въезда во Францию необходимо, чтобы судно было оснащено AIS, чтобы вы были на виду у французской таможни. Такое требование было введено, так как через Ла-Манш ежегодно нелегально переходят сотни незарегистрированных судов. Перед тем как встать на якорь у скал Нормандии, необходимо убедиться, разрешена ли здесь стоянка.

Сокращенный вариант. Полностью статья опубликована в Yacht Russia №3-4 (133), 2021 г.

Популярное
Идеальная яхта для дальнего плавания

Если вы запланировали круизную прогулку на яхте, то, скорее всего, уже решили, через какие именно экзотические места будет пролегать ваш маршрут. Однако подобрать судно для путешествия не так-то просто. Наши эксперты знают, на что нужно обращать внимание при выборе подходящей яхты

Oyster. Подъем с глубины

Всякое время и всякое дело имеют свои символы. Нередко в качестве вечных символов называются архитектурные сооружения: Кремль, египетские пирамиды, Тауэр, Биг Бен. Часто в качестве понятных знаковых вещей упоминаются некоторые бренды, символизирующие те или иные качества товара и обладающие очень высокой – а порой и вовсе «незыблемой»! – репутацией высококлассных изготовителей. Например, автомобили Bentley. До недавнего времени к таким незыблемым брендам относилась и британская компания Oyster Yachts, яхты которой считались образцом качества, надежности и долговечности. Однако все изменилось…

Мотылек с острова Дьявола
Он был преступником. Арестантом. Заключенным. И бежал снова и снова. Его ловили, а он опять бежал. Потому что... Жить, жить, жить! Каждый раз, находясь на грани отчаяния, Анри Шарьер повторял: «Пока есть жизнь, есть надежда».
Лучшее время в году
Очередного морского путешествия ждут не дождутся многие. Но море диктует свои правила, поэтому мы подготовили подборку полезных советов по планированию, чартеру яхты и работе с командой
Неоконченная кругосветка Сергея Жукова

Сергей Жуков в одиночку дошел до Австралии на собственноручно построенной яхте... и там потерял ее. Но главное - остался жив и не расстался с мечтой о кругосветном путешествии

Дональд Кроухерст: лестница вниз

Его называют мошенником чаще, чем героем. Его судьба неразрывно связана с первой безостановочной кругосветной гонкой 19068-1969 годов. Он пропал в океане...

Очень опасный кораблик
Что такое физалия, и почему ее надо бояться
Борода - краса и гордость моряка

Издавна считается, что борода моряка - символ мужской силы, отваги, воли, мудрости, гордости. Особенно если эта борода шкиперская, фирменная.

Жизнь на яхте

Все чаще мы узнаем о том, что кто-то из сограждан, устав от жизни на берегу, бросил налаженный быт, приобрел яхту и отправился в море, выбрав себе (а, порой, и семье) судьбу морского скитальца. Что это – форма эмиграции, эскапизм, здоровый авантюризм или своего рода впадение в детство, когда игра в кораблики важнее реальных проблем? Ради чего люди разрывают привычные стереотипы?

Дауншифтинг под парусом, или В плену стереотипов

Бытует мнение… И пусть оно ошибочное, оно все равно бытует. Путешествовать на яхте могут себе позволить только миллионеры. Купить яхту это безумно дорого, а уж жить такой жизнью это вообще только олигархам доступно.